Аннотация серии статей

Весной 1991 года газета "Советский Таймыр" опубликовала "Свод памятников истории и культуры Таймырского полуострова", сопровождавшийся небольшими комментариями. Суть их сводилась к следующему: через то, что дорого разным народам, населяющим полуостров, показать основы культуры, объединяющей людей разных этнических и социальных групп. Два года спустя эта работа была взята за основу при создании видеофильма "След". След, оставленный человеком на земле Таймыра. Так уж случилось, что эта работа практически не затронула Норильск. Только сейчас, спустя почти 15 лет, появилась возможность поразмышлять над его историческим наследием.

Дорогого стоило центральной власти России описать границы империи. Обустраиваются они до сих пор. Более значительных усилий потребовало изучение и освоение природных запасов провинций. Кто и как зафиксируется в памяти потомков?

Монумент Бегичеву в пос. Диксон. Фото с сайта foto.gazetazp.ruЕщё в 1804 промышленник Н.С. Бельков сообщал в Якутск, что «во время поездок по берегу Ледовитого моря в Анабарской стороне найдены были много соль каменная и таковое же масло, названное врачебной управой чёрной нефтью». От ненцев местной администрации было известно и о том, что в низовьях Енисея, на левобережье по реке Малой Хете и её притокам, известны выходы горючих газов, содержащих тяжёлые углеводороды. Жюль Верн в романе "Найдёныш с погибшей "Цинтии", написанном в соавторстве с Андре Лори, писал, как судно "Аляска" за одну навигацию совершило кругосветное путешествие, описав вокруг Северного полюса полную окружность. "Аляска" у него пополняла запасы угля в устье Енисея. С 1842 по 1845 А.Ф. Миддендорф по поручению Российской академии наук совершил путешествие по северу и востоку Сибири по "затундринской" дороге. В Норильском зимовье не был, но в своём отчёте написал, что по слухам на правом берегу Енисея есть угольный пласт.

Не знаю, читал ли Михаил Константинович Сидоров отчёт Миддендорфа или рассказ Жюля Верна, но в 1863 пообещал пуд золота тому, кто пройдёт морским путём из европейской части России к берегам Таймыра. Реальность этой затеи доказал Джозеф Уиггинс, опираясь на средства Александра Михайловича Сибирякова. В 1876 Сибиряков оплатил половину всех средств, необходимых для организации плавания в устье Енисея английской паровой яхты "Темза". С помощью русских промышленников Уиггинс 11 раз проводил пароходы в устье Оби и Енисея. В 1877 шхуна "Утренняя Заря "под управлением Д.И. Шваненберга доставила в Петербург грузы Сидорова. А.М. Сибиряков дважды участвовал в финансировании плаваний А.Э. Норденшельда. И не напрасно. В 1878 его "Веге" удалось пройти вдоль арктических берегов России с одной зимовкой. Размах дел Сибирякова поражает: он снаряжает морские экспедиции, строит тракт между Обью и Печорой, проводит работы на Ангаре по расчистке русла от порогов, вкладывает деньги в образование, строит детские дома. Все его дела и помыслы были направлены на улучшение жизни людей в Сибирском крае. В 1870-х годах А.М. Сибиряков подарил 100 000 рублей Томску на постройку здания университета и 10 000 рублей с тем, чтобы проценты от этой суммы раз в три года выдавались в виде премии за лучшие исторические сочинения о Сибири. Я думаю, что именно для того, чтобы его имя не было забыто, в советских энциклопедических словарях его "похоронили" в Иркутске в конце XIX века, хотя он дожил за границей России до первой трети двадцатого.

Адмирал МакаровПамятник адмиралу Макарову

Усилиями всех этих людей был проложен путь к Норильску и сделаны первые шаги освоения его месторождений. Летом 1897 года адмирал Макаров, родоначальник ледокольного флота России, прошёл по Енисею до Красноярска. С берегов Енисея он вывез твёрдое убеждение о полной возможности экономически выгодного морского пути сюда и скорейшей необходимости его оборудования. В 1893 году впервые через Карское море пришли на Енисей корабли под военно-морским флагом. Андрей Ипполитович Вилькицкий с командами парусной баржи и парохода за три года сделал топографическую съёмку северной части восточного побережья Енисейского залива, реки Енисей и островов. Благодаря этим работам к Дудинке стали подходить морские суда, что дало возможность начать масштабную разработку норильских месторождений. Может быть в Норильске, на месте камня с обещанием поставить памятник строителям города, который никак не создадут, видимо и из-за отсутствия понимания к кому конкретно относится это обещание, создать монумент тем, чьими усилиями был проложен путь к богатству этой земли, что и послужило причиной основания города. Бюсты Сибирякова, Сидорова, Сотникова, Вилькицкого по праву заняли бы место на центральной площади города. А барельеф рассказал бы о первых судах и капитанах, пришедших на Енисей.

Журнал "Вестник золотопромышленности" в 1894 году сообщал, что "…на Александро-Невской копи (так тогда называлось Норильское угольное месторождение) самовольно было добыто в 1894 году казаком Киприяном Сотниковым 2000 пудов каменного угля… " За добытый уголь он выручил 375 рублей золотом. Уголь нужен был для гидрографической экспедиции, работавшей в устье Енисея.

Гора ШмидтаЗатем он разобрал в Дудинке церковь, у которой треснул фундамент, на оленьих упряжках привез кирпич в район Медвежьего Камня, поставил металлургические печи и выплавил несколько пудов меди". Это место должно быть самым главным памятником Норильска. Его расположение описал в 1866 году Ф.Б. Шмидт, в честь которого гору Медвежий камень переименовали в Шмидтиху. Он был первым учёным, посетившим Норильск и оставившим записи о его богатствах: " Вблизи Быстрой (реки Норильской) в ущелье лежит Сотниковское медное и угольное месторождение…"

Внук К. Сотникова, А.А. Сотников, летом 1915 года, будучи студентом первого курса горного отделения Томского технологического института, во время своей поездки на родину съездил в Норильск, где собрал образцы горных пород и угля, которые вместе с записями передал Николаю Урванцеву, учившемуся там же, с просьбой их обработать.

Эту работу Урванцева он включил в изданную в Томске в 1919 году на свои средства брошюру "К вопросу об эксплуатации Норильского (Дудинского) месторождения угля, графита и медной руды в связи с практическим осуществлением Северного морского пути". А.А. Сотников был проводником и топографом в первой экспедиции Николая Урванцева в низовья Енисея. В годы правления А.В. Колчака, в качестве сотрудника Сибирского отделения Геологического комитета, Н. Урванцев занимался разведкой каменного угля в низовьях Енисея.

А.В. КолчакКолчак за время своего недолгого правления создал дирекцию маяков и лоций, Комитет Северного морского пути, Институт исследований Сибири. Арктика его не "отпускала" с начала века. В 1901, будучи в составе Первой русской полярной экспедиции Российской академии Наук, он вместе с её руководителем Эдуардом Толлем на собаках за 41 день прошёл с маршрутной съёмкой вдоль Таймырского берега более 500 км, а в декабре 1903 возглавил отчаянную операцию по спасению своего начальника. Для того времени это был "...выдающийся и сопряжённый с огромным трудом и опасностью географический подвиг".

Однако в книге П.В. Виттенбурга о жизни Э.В. Толля в главе о Русской полярной экспедиции на яхте "Заря" имя Колчака не значится, а у М.И. Белова в книге "Путь через Ледовитый океан" руководителем поисковой экспедиции на остров Беннета значится боцман "Зари" Н.А. Бегичев.

Члены экспедиции Толля (и А.В.Колчак также) у борта шхуны ЗаряСклонный к научной деятельности, А. Колчак "заболел" Арктикой. В 1907 он перевёл на русский язык "Таблицы точек замерзания морской воды", а в 1909 вышла его книга "Льды Карского и Сибирского морей", которая до сих пор является классикой гидрографии. Работая в морском генеральном штабе, он горячо поддерживал инициативу А.И. Вилькицкого об организации экспедиции для исследования северо-восточного морского пути. При непосредственном участии Колчака на невском судостроительном заводе были построены два ледокола "Таймыр" и "Вайгач". Капитан 2 ранга А.В. Колчак стал капитаном "Вайгача".

Колчак положил начало беспримерному научному успеху экспедиции. На этих судах впервые в мировой практике в 1914-1915 был пройден весь северный морской путь с востока на запад. Экспедиция сделала последнее великое географическое открытие – обнаружила большой архипелаг к северу от мыса Челюскин. Сейчас он носит название Северная земля. История воздала должное этой экспедиции. Имена её участников – от кочегара В.С. Беляка до начальника Б.А. Вилькицкого – легли на карту Арктики у островов, проливов и бухт. Только изменили название острова, имя Колчака которому присвоил Толль в честь своего, как он выразился, "лучшего офицера". Ю.Чайковский пишет:

  Колчак – слушая в тесной поварне ссыльных, удивлялся стойкости и надёжности этой незнакомой ему породы людей…стал он потом сильно отличаться от прочих морских офицеров – был близок к Государственной Думе и служил посредником между нею и Морским штабом. Правда, никогда не пошёл он левее правых кадетов, но и таких во флоте не очень-то видывали.  

Памятная доска А.В.Колчаку, разбитая возмущенными гражданами РоссииМожет быть, поэтому, большего всего министров у него было эсеров и меньшевиков. А сражался он с большевиками под "триколором" – нынешним знаменем России. Только в последние годы стало приходить понимание того, что никто из его современников не сделал для России так много и не был так жестоко ею наказан. В Санкт-Петербурге 17 мая 2002 года в музее Морского корпуса Петра Великого открыта мемориальная доска: "Морской корпус в 1894 г. окончил АДМИРАЛ КОЛЧАК Александр Васильевич – выдающийся российский полярный исследователь-флотоводец, 1874-1920".

В Иркутске поставлен обелиск у места его гибели. Семьдесят лет учили в школах детей: "Дрянь адмиральская, пан и барон шли от шестнадцати разных сторон…" Теперь учат слово Божье: " Бог есть Любовь". Колчак поступил подобно Христу. Пошёл на плаху.

Иркутск. Памятник КолчакуИркутск. Памятник Колчаку

Если бы женщина, его любившая, не чувствовала бы искренности в его делах, не родились бы эти строки:

Полвека не могу принять -
Нельзя ничем помочь -
И всё уходишь ты опять
В ту роковую ночь.
Но если я ещё жива
Наперекор судьбе,
То только как любовь твоя
И память о тебе.

Статуя В.И. Ленина Так может быть и Колчаку найдётся место на центральной площади Норильска? Было бы очень символично: Ленин смотрит на умирающий "Соцгород", а Колчак будет смотреть на Новый город, как на реализацию своей мечты "Арктика – будущее России". Но есть и другое мнение. Ю.Чайковский пишет: "Колчак был умён, деловит, честен и храбр, - перед ним отворялись двери и расступались льды. Потому и жаль, что на мысу Преображенском нет памятника Колчаку. Больше его поставить негде. В любом "другом месте памятник у кого-то вызовет радость, у кого-то бешенство, у кого-то иронию. И все будут по–своему правы".

Очень близко это к мнению разных людей и о Норильске, и о Норильском комбинате. Его создание – это и вандализм, и мужество, и прорыв в науке, и путь в бездну. Моральные и физические страдания десятков тысяч заключённых и душевные боли у тысяч их охранявших. Гордость победы над Арктикой и боль за уничтоженную землю. В Испании, после Гражданской войны, генералиссимус Франко поставил всего один памятник - всем её жертвам. И это послужило консолидации испанского общества. Мы что, другие? Может быть, надо не только создавать Голгофу, но и что-то подобное памятнику, созданному Франко? Как сказал Сергей Дроков:

  Из-за скучно разграфлённой сетки идеологизированных трактовок начинают вырисовываться необычные сюжеты, яркие человеческие характеры, существование которых, независимо от классовой принадлежности, даёт повод для поддержания национального самоуважения.  


Таких сюжетов и характеров, связанных с Россией и Норильском, предостаточно. Вместе с Колчаком в спасательной экспедиции в 1903 был ещё один участник экспедиции Толля, известный в последствии землепроходец Таймыра Никифор Бегичев, который в 1915 году прославил себя организацией спасательной экспедиции матросов "Вайгача" и "Таймыра" у берегов Таймырского полуострова. "В короткий срок, купив на свои деньги и одолжив у ненцев "под честное слово" свыше 1000 оленей, Бегичев отправился на помощь терпящим бедствие". Пять с половиной месяцев продолжалась спасательная экспедиция. Около полутора тысяч километров прошёл он по местам, ещё не нанесённым на карты. Ему удалось эвакуировать более 30 моряков. "Если бы он больше ничего в жизни не сделал, то и этого довольно было бы, чтобы поставить ему памятник".

Бегичеву на месте гибелиВ лихолетье Гражданской войны Колчак помог ему определиться в жизни. Принял его как старого друга и направил в экспедицию к Урванцеву. Уж очень странно выглядят строки Н.Я. Болотникова, человека знающего, что такое зимовка, написанные от имени Бегичева: "…я этого правителя-палача на Беннете из проруби за шиворот вытаскивал… Эх, знал бы боцман, кого спасал!" Я почему-то уверен, что знал. А спасал потому, что иначе поступить не мог. Поскольку боцман был человеком и совершал нормальный человеческий поступок. Для каких людей, какой России писал Болотников эти строки? Или их приписали без его ведома? Так же как убрали из книги Ушакова "По нехоженой земле" изданной в 1951 году издательством Главсевморпути имя Николая Урванцева. Бегичеву памятник воздвигли на Диксоне. Правда, я тогда не смог разобраться, какой это памятник: истории или монументального искусства?

Толком нельзя было выяснить, куда дели останки после эксгумации и экспертизы. Есть такая горькая шутка: "вас здесь не стояло". У меня сложилось впечатление, что в случае с Бегичевым можно её несколько переиначить: "вас здесь не лежало". Но, может быть, при создании высокохудожественного ансамбля, скульптура Бегичева неплохо будет смотреться в одной группе со скульптурой Колчака? И барон Толль вместе с ними, в граните, например. А под ними на постаменте текст:

  И Толль, и Колчак, и Бегичев были людьми своего времени, и никто из них не умер своей смертью. Они жили в обществе, где вера в прогресс, любые шаги к которому, даже безумные, ценились много выше отдельных судеб.  


Колчак себе лично ничего не искал. Толль был одним из многих, кто убил себя и своих спутников ради "прогресса знаний". Бегичев давал завышенную оценку человеческим возможностям, погубил людей и погиб сам. Однако общество сочло их героями, достойными подражания. В первой трети XX века эта философия явилась миру в самой страшной форме. Стало считаться, что "прогрессивное" меньшинство вправе навязывать волю "отсталому" большинству, не считаясь ни с какими жертвами. (Ю.Чайковский)".

Дом, где родился Н.Н. УрванцевНе считаясь ни с какими жертвами, строилась в России новая жизнь и в русле этого строительства создавался Норильский комбинат. Геолог, обосновавший промышленные запасы полиметаллических руд у Медвежьего камня, - Н.Н. Урванцев - родился в городе Лукоянове, рядом с Дивеево, одним из самых мощных центров русского подвижничества. И недалеко от Сарово, одного из самых опасных для человечества промышленных центров. Хотя земля эта освящена Серафимом Саровским. Наверное, не случайно именно в этом месте зажглась звезда Николая Урванцева. Как будто кто-то свыше помогал ему.

В 1920 году при разведке у речки Норильской, он обнаружил не только уголь в горах Караелах, но и месторождение медно-никелевых руд – Норильск-1. В 1926 было открыто второе месторождение такого же типа – Норильск-2. Прибывшая летом 1921 года по Енисею из Красноярска разведочная партия при содействии местных властей поставила у подножия горы Шмидта первый жилой дом, общежитие, баню и склад. Этим строительством было положено начало будущему Норильску. В 1922 году Урванцев изучал судоходность реки Пясины, по которой в августе 1935 года провели первый караван с грузами для строительства комбината. В 1928 исследовал бассейн реки Хантайки, где позднее была сооружена ГЭС, дающая электроэнергию Норильску. В 1930-1932 Урванцев был среди первопроходцев Северной Земли, в 1933-1934 искал на Хатанге нефть, впервые применив вездеходы НАТИ-2, в 1943 году работал на Дудыпте, в 1946-1947 - на парусно-моторных ботах изучал шхеры Минина, с 1945 по 1956 был главным геологом Норильского комбината.

Н.Н. УрванцевНо и ему досталось хлебнуть зековской пищи - из первооткрывателя заполярных богатств он был превращён в обычного заключённого, впрочем, освобождённого от тяжких "общих" работ: продолжал в новом социальном качестве прежние свои геологические изыскания. В Норильске Н.Н. Урванцев проработал в заключении пять лет. С 1958 года он руководил отделом геологии Института геологии Арктики в Ленинграде, награждён двумя орденами Ленина и медалями. Чуть ли не каждый год наведывался в Норильск, где усиленно пропагандировал поиск газа и нефти. Написал несколько книг. В одной из них, "Открытие Норильска", изданной издательством "Наука" в 1981 году, есть фотографии памятников истории: старинной часовни в устье реки Рыбной, избушки Потанина, первого жилого комплекса Норильска - жилого дома, общежития и бани, первой угольной штольни. Из всего этого уцелел только один жилой дом. Первый дом Норильска убран со своего исторического места подальше от Соцгорода.

Город «уплыл дальше» захватив с собой уже реликвию, а не памятник истории. Лев Гумилёв, сидевший вместе с ним в "Норильлаге", вспоминал:

  Эта горная цепь начинается столовой горой с необычным названием - Шмидтиха. Кажется, это название дал ей открыватель норильского месторождения никеля – Николай Николаевич Урванцев. Автор помнит этого спокойного, вежливого и очень приятного человека, жившего в геологическом бараке и пользовавшегося всеобщим уважением. Его привезли к нам в 1942 году, когда лагерь был уже обстроен и налажен. Это большое счастье для науки, что замечательный учёный остался жив.  


Мемориальная доска на месте первого захоронения УрванцеваВ 80-х годах XX века большинства домов первой норильской улицы уже не было, а дом Урванцева стоял: в нём был музей его имени, мемориальное доказательство его геологического подвига. Рядом с музеем располагалась могила самого Н.Н. Урванцева и его жены Елизаветы Ивановны, часто сопровождавшей мужа в его северных экспедициях. На бронзовой стеле простая надпись: «Первые норильчане. 1893-1985 г.г." Примечательно, что они родились в один год и умерли почти одновременно, прожив каждый по 93 года. Существует легенда об идеальной супружеской паре – Филимоне и Бавкиде. Их за чистоту душ боги одарили долголетием, правом умереть одновременно и вечной памятью потомков. Жизнь Урванцевых доказывает, что легенды не рождаются на пустом месте. Сейчас их прах покоится в Норильске на новом кладбище города. Захоронение превращено в мемориал. Это новый памятник истории. Прах их, вслед за жизнями, продолжает путешествовать по норильскому району.

Кроме этого мемориала и дома-музея, в Норильске есть набережная Урванцева.

Продолжение следует

Справка Всемирной Энциклопедии Путешествий

Администрация сайта не разделяет мнения автора о деятельности А.В. Колчака, не касающейся его полярных исследований и научной деятельности.

Владимир Козлов
Владимир Козлов, 2.09.2011 в 10:02
Источник изображений: Автор статьи
Специально для Всемирной Энциклопедии Путешествий
↓ Комментарии ( 6 )
 Федорченко
Мне нравятся все статьи автора. Они написаны правдиво и честно. Мы должны знать правду, а не прятать, как страусы голову в песок, будто бы ничего ТАКОГО не было. Не знаю, с чем не согласна администрация сайта, но мой дедушка, а прадедушка Александра служил у Колчака и гордился этим, хотя нигде, естественно об этом не говорил (только дома) и вот, что о нём написано:
"Вихрь событий революции и гражданской войны не обошел стороной — в 1919-м К. М. Багашев получил неожиданное приглашение, от которого в условиях военного времени было весьма трудно отказаться, — занять должность товарища (помощника) министра просвещения в правительстве адмирала Колчака."
http://www.orthedu.ru/berdsknew/history/gorniza6.htm
Йети съел этот комментарий
 Loginova
Tatiana Loginova 3.09.2011 в 07:30 (ссылка)
Нельзя постоянно с опаской глядеть в прошлое! ...
 Богомолова
Понравилось очень! Статья пронизана болью за Отечество, за судьбы людские, за короткую память о героях, которые даже не подозревали, что герои, а самоотверженно делали благое дело на благо отечества.
Сейчас эти слова звучат странно, даже, я бы сказала, кощунственно, т.к. сейчас благо отечества подменено благом чиновников и поэтому мало кто готов жертвовать чем-то ради этого блага!
На мой взгляд, до тех пор, пока мы не покаемся за прошлые ошибки и преступления, НЕОБХОДИМО постоянно напоминать о прошлом и не с опаской, а с покаянием!
 Пушкина
Хорошая статья. Наше прошлое - наше целиком, без купюр, со всей горечью и радостями, со всей неоднозначностью событий и поступков...
 Владимиров
Когда я читаю о Героях Гражданской войны, перед глазами, как главная и единственная иллюстрация, ведется картина Верещагина " Апофеоз войны".
Комментирование доступно только зарегистрированным пользователям энциклопедии
Авторизуйтесь на главной странице если у Вас уже есть аккаунт
Зарегистрируйтесь, если у Вас ещё нет аккаунта на портале Всемирной Энциклопедии Путешествий
тел +7 (925) 518-81-95
Сайт является средством массовой информации.
Номер свидетельства: Эл № ФС77-55152.
Дата регистрации: 26.08.2013.
7+
Написать письмо