Путешествие Хили сквозь жизнь в поисках свободы
Это случилось в эпоху, когда нашу Коммунистическую партию осенила очередная великая идея - придать мощный импульс животноводству, поставляя ему объедки из городов. Для этой цели почти на всех лестницах были выставлены баки для сбора пищевых отходов - широкие приземистые вёдра с крышками. Как-то раз я возвращался домой и на одной лестничной площадке увидел крохотного тощего котёнка. Обычно котята такого размера и возраста ещё трутся около мамаш, и их почти невозможно увидеть отдельно от семейки. Но этот был совершенно одинок и самостоятелен. Он стоял на задних лапках, вытянувшись в струнку, и, дрожа от напряжения, пытался носом сдвинуть крышку ведра, до которой он почти не доставал. Временами он рычал от досады и сосредоточенности.

ИграетМеня совершенно очаровало его мужество и тяга к жизни. Я долго смотрел на его безнадёжные потуги, потом взял и отнёс домой. Он почти ничего не весил - тонкие косточки, облепленные пухом. Окраса он был довольно банального - полосатый но, пожалуй, чуть-чуть голубее привычного. Мордочка была темнее остальных мест. А левая задняя нога - от кончика до первого сустава была совершенно белой, за что мы его сразу окрестили Ахиллесом. Не знаю, как друзья и близкие звали гомеровского Ахиллеса Пелеевича, но мы своего Ахиллеса стали звать Хилей.

Он был страшно голоден, и мы первым делом накормили его - молочко, творог... Но очень скоро проявились последствия его беспризорной жизни - сильнейшее расстройство. Мы по совету ветеринара составили научную схему его лечения, в которую входило полное голодание первые три - четыре дня. У меня на душе было тревожно: с таким телосложением и полное голодание?.. Как бы он от такого лечения вообще хвост не откинул... Однажды вечером мы занимались тихими и умными делами, когда вдруг услышали громкий хруст - будто вурдалак грызёт свежие кости на кладбище. Кинулись на кухню. Оказалось, Хиля достал откуда-то старую сухую макаронину и пытается её съесть. Патетическое зрелище. После этого мы до предела сократили выполнение ветеринаровых рекомендаций и, в конце концов, выходили кота.

Добро пожаловать Ел Хиля много, энергично и часто, благодарно поглядывая в нашу сторону. Если у него вообще были какие-то вкусы, то их можно было бы назвать странноватыми. Однажды жена лежала на диване, обклеив лицо тонкими ломтиками зелёного огурца (это необходимо для женского организма), а Хиля лазил по ней с познавательными целями. Добравшись до огурцов, он с радостью на них набросился и начал есть, хрумкая, урча и выпуская от наслаждения острые коготки. Прилипшие к коже ломтики он старательно отковыривал когтистой лапкой. Всё это время жена голосила от страха, но сбросить кота боялась:

вдруг ещё исполосует лицо! Снял его я - так осторожно, будто обезвреживал мину, и правильно, потому что Хиля возмущённо рычал и размахивал всеми четырьмя когтистыми лапами. При таком прекрасном аппетите Хиля быстро рос. Правда, в основном, в длину. Довольно скоро у него сформировалось своеобразное телосложение. Если поднять его за подмышки, он приобретал форму чулка, в котором хранилось килограмма два медяков, ну и плюс четыре ножки. Мне почему-то нравилось такое подвешивание кота, и иногда я доставлял себе это удовольствие. При этом удобно было его раскачивать, как маятник. Я был благодарен Ахиллесу за то, что он никогда не протестовал против этих упражнений. На его мордочке было написано доброжелательно-снисходительное выражение, мол, играйте, играйте... Вы же не протестуете и не орёте, когда я играю, вот и вы поиграйте, а я не буду орать.

А мордочка у него была такая. Представьте летучую мышь в бюстгальтере крупного размера, где крылья – это его уши, а чашечки — глаза. Всё остальное — ехидная лукавая рожица.

В общем, Хиля наслаждался выпавшим на его долю везением, причём наслаждаться он стал как-то круто, с места в карьер. В конце концов, это и сыграло в его судьбе роковую роль. (Да, ещё марксизм… Но марксизм со многими сыграл злую шутку…) Любовь Ахиллеса к новой жизни выражалась в основном в безудержной и изобретательной игривости. Даже в первые дни, когда кот от голода и истощения едва стоял на ногах, он не пропускал ни одного шанса, если можно было погонять мячик или какую-нибудь бумажку.

Когда он поправился, настало время приучить его к «кошачьему месту». В те годы ни о каких специальных крупинках для кошачьего туалета никто понятия не имел. Доставать песок там, где мы жили, тоже было проблематично. По чьему-то совету мы мелко нарвали бумагу и поместили её в большую кювету для обработки фотографий. Когда по некоторым признакам мы предположили, что Ахиллесу пора на горшок, мы быстренько отнесли его в подготовленный туалет. Ахиллес мгновенно пришёл в неудержимый восторг. Он кружился волчком на куче рваной бумаги, запускал в неё по плечи передние лапы, зарывался мордочкой... Бумага летела во все стороны, он её ловил, где только мог достать... Потом начал лапами её подбрасывать и ловил прямо в воздухе. Мы с интересом за всем этим наблюдали. Наконец он, видимо, просто устал, вылез из кюветы и пошёл куда-то неторопливой походкой, не оглядываясь.

«Эй, Хиля, а ты ничего не забыл?» Но он только бросил на нас равнодушный взгляд. Потом он сделал своё чёрное дело в неожиданном месте в неожиданное время. Первая попытка приучить Ахиллеса к туалету закончилась полным провалом. Так же, как и тридцать первая, и сто тридцать первая, все промежуточные и все последующие. Когда мы решили заменить рваную бумагу песком, Хиля это новшество не одобрил. Попробовал было в нём повозиться, но быстро ушел в разочаровании. Так же проваливал он попытки приучить его к любому другому месту. Рождённый свободным, кот отвергал всё, что хоть как-то походило на ограничение его прав и свобод.

И потекла жизнь, полная борьбы и конфликтов. Всё время нашего сосуществования я пытался бороться с его порочными практиками методом террора. Когда я замечал результат его неблаговидного поступка, я брал сложенный вдвое тяжёлый кожаный ремень, подкрадывался к Ахиллесу, жёстко хватал его за шиворот, подтаскивал носом почти в результат, страшным голосом кричал «Низзя!!! Низзя!!! Низзя!!!» и при этом изо всех сил лупил ремнём. Нет, не Хилю, конечно, а пол совсем рядом с ним. Хиля выл и вопил от страха. Подвывали даже мои домашние. Мне самому было страшно. Но всё безрезультатно. Кот на полчаса где-то исчезал, а потом приходил мириться. Кстати, во время таких разборок у Хили стал проявляться какой-то уникальный голос - смесь обыкновенного «мартовского» кошачьего воя с чем-то вроде львиного рычания, будто орали два кота одновременно. А в смысле децибелов это вообще тянуло на трёх котов. Непонятно, как такая мощность могла скрываться где-то в этом тощем тельце.

А вам так -  слабо?Зато как он умел проводить свой досуг, особенно если учесть, что ничего, кроме досуга, у него, по сути, не было! Он даже не лежал просто так. Он выбирал такие немыслимые, вызывающие, сибаритские, наглые, бесстыжие, аморальные позы, что изумлял даже маленькую дочку, не говоря уже о нас, взрослых, замотанных постоянными ежедневными заботами и очередями. При этом он красноречиво поглядывал на нас прищуренными глазищами: "Вот как мне хорошо... А вам так - слабо?" В развивающих играх он очень быстро перешагнул этап банальных бумажек на верёвочках

(хотя, конечно, не оставлял без внимания ни одного праздноваляющегося клочка). Его постоянной любовью стали полиэтиленовые пакеты. В те годы советские люди очень ценили пакеты с иностранными картинками или надписями. Их привозили из-за границы (те, кому посчастливилось там побывать), их охотно принимали в подарок, холили и лелеяли. Однажды такой пакет Хиля обнаружил на полу. Пакет лежал не плоско, а как бы пещеркой. Хиля сразу же разогнался, влетел в эту пещерку и проехал на пакете с полметра. Видимо, такой способ передвижения ему очень понравился. Он вылез задом, снова разогнался - и так много раз. Жена отобрала у него ценный пакет, чтобы не повредил, но Хиля уже вошёл во вкус. Он отыскивал такие пакеты, где бы они ни лежали, сбрасывал на пол, а если они падали плоско, старался мордочкой их открыть. Ему это было трудно, но иногда удавалось. Наконец мы стали предоставлять в его распоряжение простые советские пакеты с надписями вроде «Спорт», и Хиля их принял с явным удовлетворением – совковый снобизм оказался ему совершенно чуждым.

В тёплое время года, когда открывали окна, Хиля любил лежать на солнышке в ящике для цветов, прикреплённом под подоконником снаружи, наблюдая за естественным течением жизни. Он то принимал свои излюбленные наглые позы, то изобретал новые, то мечтательно следил за полётом голубей... Однажды голубь сел на дальний конец ящика. Хиля, не раздумывая, прыгнул на него. Голубь сразу же взлетел, а Хиля полетел вниз с четвёртого этажа. (Я видел всё это из другого окна.) Но внизу росли высокие густые тополя, и Хиля начал падать с одной тонкой ветки на другую, пока благополучно не достиг поверхности земли. На улице он не был со времени усыновления - примерно год. Я, обеспокоенный, побежал вниз, но на месте падения кота не обнаружил. «Ахиллес! Ахиллес!..» Ответа не было. Я минут десять кружил вокруг этого места, заглядывая во все уголки, куда мог забиться испуганный кот - никаких следов.

Прежние хозяева помойкиВдруг услышал взрыв кошачьего воя, - орала целая их свора! Вой доносился со стороны навеса для мусорных баков метрах в сорока от меня. Пока я туда шёл, из-под навеса один за другим выскочили два взъерошенных кота и, стелясь по земле, разбежались в разные стороны. Структура воя изменилась: теперь это явно был «микшированный» голос Ахиллеса. Он стоял на крышке бака - шерсть дыбом, хвост - горизонтальной шпагой, сумасшедшие глаза как бы светились изнутри... «Ахиллес», - позвал я. Он выключил вой, и в его глаза стала постепенно возвращаться осмысленность.

Мы вернулись в квартиру. Всё снова встало на свои места. Но нет. Не всё. В Хиле проснулся зов помойки. Теперь, лёжа в цветочном ящике, он с большим интересом следил за происходящим вокруг мусорного навеса: кто туда вошёл, на двух или на четырёх ногах, что внесли, что вынесли... Да, там текла настоящая, захватывающая жизнь, жизнь для настоящих котов... И довольно скоро Ахиллес ускользнул из дома - правда, теперь уже не через окно.

Такие отлучки стали повторяться не так чтобы очень часто (мы этому старались помешать), но довольно регулярно. Теперь я знал, где его искать. Отловить его на помойке тоже было не очень трудно. Он явно сообразил, что дома вкусней, и обычно оставался на помойке часа полтора — два, т.е. столько, сколько ему нужно было для удовлетворения какой-то моральной потребности. Находясь на помойке, он, видимо, чувствовал себя как-то по-особому. Об этом можно было судить хотя-бы по необычному положению его хвоста - весь хвост строго горизонтально, и только последние процентов 20 - под прямым углом вверх.

Дома он так хвост не носил. С помоечными котами он больше не дрался. Наоборот, чувствовалось, что он у них в авторитете. Соседи несколько раз мне говорили, что и другие коты на помойке начали осваивать такое же ношение хвостов.

Но после подобных вылазок его приходилось подвергать профилактическому курсу таблеток от глистов и тщательно купать. Купать его было трудно - сильный и жилистый, весь — сплошные острые когти, он непрерывно извивался, норовя вырваться и удрать. При этом ещё истошно орал «мяУУУУУУУ, мяУУУУУУУ» (с ударением на последний звук), хотя в обычной обстановке он этим словом почти никогда не пользовался.  

После ванныВыкупанный мокрый Ахиллес являл собой зрелище просто душераздирающее . Зато когда просыхал,он становился пушистым и ароматным - просто ангел. Особенно, если его укоротить в полтора раза, а уши перенести на спину, где и положено быть крыльям у настоящих ангелов.  Хиля живо интересовался теми, кто посещал нашу квартиру. Когда раздавался звонок в дверь, он мгновенно вскакивал и нёсся встречать. У двери он всегда оказывался раньше нас. А дальнейшая процедура встречи была очень своеобразной. Рядом со входом находилась вешалка, где всегда висели какие-нибудь плащи или пальто.

Прямо над входом располагались антресоли, дверца которых почти всегда была открыта (чтоб проветривались). Хиля взлетал по одежде на антресоли и там прятался. Когда мы подходили открыть дверь, его уже не было видно. Но как только появлялся гость, из глубины антресолей появлялся и Хиля, протягивал тощую когтистую лапу и стаскивал то, что было у гостя на голове. (Дом был хрущёвский, с низкими потолками.) Реакции были смешанными, но в этих смесях, как правило, присутствовал и испуг. А Хиля затаскивал добычу примерно на метр вглубь антресолей, сам отходил ещё дальше и оттуда следил, как я, ругаясь, приносил стремянку, засовывал полтуловища в антресоли, нащупывал там шапку или платок и с оправданиями и извинениями возвращал владельцу. Однажды он поступил так с фуражкой милиционера, пришедшего задать несколько вопросов о соседе-дебошире. Правда, мужик оказался с юмором и без оружия. Всё обошлось.

Ну, просто  ангелВ тёплый сезон, когда Ахиллес не мог рассчитывать на головные уборы, он практиковал другую форму приветствия. В маленькой квартирке было много внутренних углов. Кот атаковал из-за угла: прыгал на жертву сбоку, обхватывал передними лапами её руку чуть ниже плеча, а задними выдавал дробь по бедру (вроде циркового зайца на барабане), после чего прыгал куда-то вбок и исчезал. Через несколько минут лукавая ушастая рожица показывалась откуда-то, чтобы насладиться ещё не прошедшим эффектом. Хилины отлучки на помойку меня досадовали (опять мыть его!), но не беспокоили:

сам вернётся часа через два. Однажды я услышал где-то близко детские испуганные крики, смешанные с двухствольным воплем Ахиллеса. Выглянул в окно - крики стали дальше. Понял, что они несутся из подъезда, сбежал по лестнице... Дверь в квартиру на третьем этаже, прямо под нами, была приоткрыта. Там явно что-то происходило. Я вошел и увидел на табуретке посреди большой комнаты соседскую дочку лет семи. Она сидела на табуретке с ногами, обхватив колени, вся в слезах, громко причитала и смотрела на рассерженного, взъерошенного Ахиллеса. Кот быстрыми шагами ходил по комнате, обнюхивал мебель и тоже громко выл. Он уставился на меня обвиняющими глазами: «Что вы себе позволяете?! Нельзя на пару часов отлучиться... Что за рухлядь вы сюда натащили?! Где наша мебель?! Где мой любимый диван?! А это что за шмакодявка тут орёт?! Вам что - меня мало?!» Всё было ясно: Ахиллес загулял и просто ошибся этажом. Потом, когда сосед пришёл с работы, пришлось с ним объясняться - дочка нажаловалась.

И вся эта жизнь протекала на фоне непрерывно повторявшихся попыток склонить Хилю к пользованию туалетом, что было особенно важно, если вспомнить о его выдающемся аппетите. Его туалетный нигилизм в сочетании с позорно неэффективными «Низзя, низзя!!!» иногда доводил до отчаяния - ведь он был далеко не единственной нашей жизненной проблемой.

В то время я писал диссертацию по марксистской политэкономии (была тогда такая «наука»). Сочинял я в крохотной отдельной комнатке, в основном заполненной письменным столом с портативной пишущей машинкой. Моим домашним настоятельно не рекомендовалось туда входить, а если уж очень нужно, то предварительно выдохнув воздух, и чтобы покинуть комнату до того, как потребуется сделать вдох. В машинке всегда находился лист с недозафиксированными мыслями. Но вот я стал замечать, что временами кто-то пытается что-то допечатать в моём труде, примерно так: «...империализмбтррущхац», или «... учения Ленинаьтмубдюгжру»... Вы-то, конечно, уже догадались, кто был автором этих дополнений, а мне долго не верилось. Катил бочку на своих домашних, хотя знал, что они марксизмом не интересуются. По крайней мере, их интерес не простирался до попыток внести в марксизм какой-нибудь теоретический вклад. И вообще они клялись, что обходят эту комнату как лепрозорий. Но однажды я увидел виновника.

Ахиллес сидел на столе рядом с машинкой и напряженно всматривался в рычажки (те, что стучат по красящей ленте - не знаю, правильно ли я их называю). Потом лапкой - тык! - в клавишу, и сразу молниеносная попытка поймать выскочивший рычажок... Я стоял и смотрел на это поразительное зрелище. А Хиля экспериментировал: то пытался схватить рычажок той же лапой, которой печатал, то другой, то пробовал печатать как профессионал - «в две руки», то просто сидел и что-то соображал... «Ахиллес!» - напомнил я ему, что здесь он не один. Он глянул на меня, как на пустое место и продолжил. Я был в очередной раз восхищён его изобретательностью и не захотел ссориться - просто сгрёб его со стола и выпроводил из комнатки. Но через несколько дней обнаружил не только кошачьи мысли в моей диссертации, но и торчащие вверх, сцепившиеся рычажки - видимо, он торопился печатать, пока мысль не ускользнула, и случайно нажал на несколько клавиш сразу. Это мне уже не понравилось. Он так мог повредить машинку, да и не положено было котам интересоваться марксизмом, даже в СССР. А если уж так интересуешься, это, конечно, лучше, чем интересоваться вульгарными буржуазными теориями, но прежде, чем что-то писать, почитай, изучи... Если бы он стал читать «Капитал», честное слово, я бы не возражал.

ИнтеллектуалыЯ исправил машинку и закрыл сверху рычажки тяжёлым словарём. На следующий день нашел словарь рядом с машинкой, а в тексте - не принадлежавшие мне спорные высказывания. На этот раз я навалил на машинку штуки четыре тяжёлых тома и имел удовольствие видеть, как Ахиллес, рыча и подвывая, пытался лбом сбросить эту стопку. Дело двигалось медленно. Когти скользили по гладкой поверхности стола, не находя опоры. Ахиллес злился, рычал и даже иногда вроде как тявкал, что было совершенно недопустимо для уважающего себя кота. «Ахиллес, как тебе не стыдно?»

Он только бросил на меня отсутствующий взгляд... Я снова миролюбиво удалил его, хотя и был озадачен его настырностью. Но Ахиллес уже «подсел» на пишущую машинку...

Дверь в комнату теперь приходилось постоянно держать закрытой. Замка у неё не было, и приходилось подпирать её чем-нибудь. Но когда забывали, или случайно сдвигали с места, или использовали это «что-то» по более прямому назначению, кот мгновенно проникал в комнату. Когда его выпроваживали, протестовал, царапался, кричал... Это была явная наркомания, и вести себя он стал как обезумевший наркоман. Однажды, когда, проникнув в комнату, он не смог спихнуть с машинки тяжёлую стопку книг, он нагадил прямо на стол, чем глубоко меня возмутил. Опять «Низзя! Низзя!», страшная порка стола тяжёлым ремнём... Кот куда-то исчез, но потом, вопреки обыкновению, мириться не пришёл. Когда же он повторил свой поступок ещё и ещё раз, стало очевидно, что жить вместе дальше невозможно.

Подруга жены, Ира, жившая на противоположном конце города, вызвалась помочь, отнесла его туда в кошёлке и выпустила в одном из соседних дворов. Дальнейшая судьба Ахиллеса неясна. Ира рассказывала, что с неделю видела его на дворовой помойке - счастливого и энергичного, видела, как местные коты перенимали Ахиллесову манеру ношения хвостов, слышала, как одна бабка восхищалась, откуда это взялся такой чистенький котик - и на помойке. Потом он исчез. Не исключено, что его взяла та же бабка. Могу только понадеяться, что она в то время не писала диссертацию.

Статья просмотрена: 6449
Рейтинг статьи: 11
Bookmark and Share
Страны: Россия
Валерий Максюта
Валерий Максюта, 5.06.2011 в 10:03
Источник изображений: Из открытых источников, ничьи права не нарушены
Специально для Всемирной Энциклопедии Путешествий
↓ Комментарии ( 40 )
 Федорченко
Валерий не перестаёт удивлять. Совершенно неожиданный, трогательно-весёлый рассказ о свободолюбивом королевском аналостанце Хиле являет собой ещё одну грань таланта автора, вернее вторично подтверждает его великолепную наблюдательность за животными. Читая про экзерсисы Хили с пишущей машинкой, я смеялась так громко, что мой пёс пришел посмотреть в чём дело.Помните прекрасного обезьяна Ванечку из книги про Африку! Вот тогда я и поняла, что Максюта непредсказуем в своих творческих порывах! Жаль, что он ничего не написал о собаках, но, думаю, всё ещё впереди!
 Пушкина
Замечательный рассказ! Ох уж эти наши коты-кошки! Я смеялась, вспоминая проделки наших рыжих, полосатых, пушистых и всяких других домочадцев!
 Король
Очень добрый рассказ.Вызывает уважение то,как терпеливо автор относится к проделкам Хили.Видимо он,очень любит животных.А это о многом говорит...Ира,спасибо за источник!Прочитала с удовольствием!
 Chulkova
Lyudmila Chulkova 6.06.2011 в 09:55 (ссылка)
С удовольствием прочитала про Хилю, который своей независимостью и полетами из окна очень напоминает нашего кота Элвиса. Написано весело, талантливо и с большой любовью к братьям нашим меньшим. Спасибо!!!
 Богомолова
Давно прочла этот рассказ Валерия в его болге. Подумалось, что все произведения Валерия заслуживают издания довольно большими тиражами как художественная проза. Уверена, что любой тираж раскупили бы мгновенно.
Спасибо, как всегда получила удовольствие как от содержания, лёгкого юмора, так и от очень хорошего русского языка, в существовании которого, читая интернет, иногда начинаешь сомневаться.
 Максюта
Спасибо, друзья, за такие хорошие отзывы
 Барабанов
Из домов ребенка берут детей. Дети эти рождены бомжами, проститутками и проч. Специалисты говорят, что это налагает неизгладимый след на таких детей. Они начинают отвечать на заботу и ласку приемных родителей всякими мерзостями очень быстро. И нередко их снова сдают в приют. Более нечастных детей после такой потери "родителей" мне видеть не приходилось. (У меня жена в доме ребенка работает) ..... А кота вашего убили. Котята, прошедшие адаптационный период в квартире, не выживают, т.к. поверилли людям. Рассказ у Вас, Валерий хороший. Правдивый. Сетона-Томпсана вы превзошли, на мой взгляд. Тот больно сентиментален.
 Максюта
Как-то не верится, что из всех обитателей помойки кто-то выбрал именно Ахиллеса и убил. Да и за время жизни с нами он не утратил ни бойцовских качеств, ни любви и приспособленности к вольной жизни.
 Буль
Уважаемый Виктор! Ну, как можно сравнивать несчастных детей с котятами, даже и с распрелестными? Дети из домов ребёнка слишком больная тема. И как можно с определённостью заявлять, что чьего-то любимого котика убили по вине кого-то из Ваших знакомых? Существует множество вариантов продолжения этой истории, думаю "убили" одна из самых маловероятных. Давайте, будем добрыми и к своим питомцам, и, особенно, людям. Этого сейчас очень нехватает нам всем.
 Барабанов
Уважаемая Наталия Степановна! Видимо, я невнятно излагаю, и все же, испытывая к вам симпатию, считаю необходимым обратить ваше внимание, что в моем тексте нет сравнений детей с котятами. (Хотя подобными сравнениями мировая литература просто переполнена). У меня аналогия проходит между людьми, отказавшимися от приемных детей, и людьми, выбросившими, взятых в дом, животных. Честно скажу, я между ними принципиальной разницы не вижу. Но это просто мой взгляд, я его никому не навязываю. И еще, Наталья Степановна, у меня есть служебный доступ вот к какой информации: домашняя кошка, выброшенная на улицу в городе зимой живет от 3 дней до недели, летом дольше... В отличие от подвальных кошек они легко отлавливаются специальными службами (и уничтожаются! никаких приютов! это все показуха! ), калечатся разного рода садистами, потому что не боятся людей... Ну, об этом много написано, захотите найдете. Во всем остальном вы безусловно правы. Это я про независимую и полную жизнь Хили. Замечу, что я не отношу свою жесткую аналогию к В.Максюте, т.к. он автор, вольно или невольно, поднявший проблему, а не персонаж.
 Барабанов
Тем и замечателен человек, что в отличии от других существ, он всегда пользуется приемлемым для него вариантом домысла. Помните в "Господах Головлевых" Иудушка рассуждал, что его внебрачному сыну в приюте будет хорошо...Но это к вам, разумеется, не относится. Вы же, просто, рассказ написали. Концовка только подкачала (про бабушку). А от усыновленных детей, между прочим, потом отказываются, с основным объяснением: "Они демонстративно и нагло гадят где попало несмотря на ласковые увещевания и наказания (хлопонье ремнем по столу, по-вашему) приемных родителей. И ничего они с этим поделать НЕ могут! А кот ваш, конечно, жив и счастлив, соглашаюсь с вашей проницательностью и игнорирую данные о деятельности российских спецорганизаций, курирующих численность бродячих животных.
 Максюта
Это было так давно, что в живых его уже быть не может. Я надеюсь и почти уверен, что он скончался на любимом матрасике, с умиротворённой улыбкой, окружённый любовью, заботой и воспоминаниями ближних о былых подвигах.
  Беленькая
Ая знаю, что кот вырос , вступил в Общество Охраны Животных и даже написал диссер .... а эпиграф к ней был такой: "Ибо знаем, что вся тварь совокупно стенает и мучится доныне"
Библия, "Послание к римлянам
 Литвинович
"Тем и замечателен человек, что в отличии от других существ, он всегда пользуется приемлемым для него вариантом домысла. " По-моему, Виктор написал про себя, а не про кота и заметку Валерия.
  Беленькая
Друзья , а как же замечательные слова : " Мы в ответе за тех , кого приручили "? Ведь хозяин , по сути , выкинул котенка....
 Максюта
Таня, в момент расставания Хиля уже был далеко не котёнком. Расстаться с ним пришлось потому, что совместная жизнь уже представлялась просто невыносимой. Но конечно, в моральном смысле выпроводить Хилю было нелегко. Что было, то было.
 Антонова
Рассказ очень понравился. Забавные взаимоотношения с домашним любимцем. Конечно, за концовку можно долго критиковать, но это имеет право делать человек, который кучу котиков принес домой с лестничной площадки или с помойки, вырастил - и терпел всю их жизнь непривычку пользоваться туалетом. Я к ним не отношусь. Поэтому просто восхищена рассказом.
 Chulkova
Lyudmila Chulkova 7.06.2011 в 18:41 (ссылка)
В нашем доме всегда жили разные животные: собаки, коты, хомячки, хорёк, уж, ежи, попугай... У каждого был свой характер и свои, порой вредные, привычки. Чтобы эти привычки побороть, нужен опыт, а у Валерия его не было, и интернета тогда еще не существовало, чтобы получить совет :-( Бросить в него камень может только тот, кто пережил подобную ситуацию - ничем неистребимый запах в квартире, общественный туалет на вокзале - благоуханное место рядом с ней. А Хиле, видимо, свобода была дороже сытного обеда, думаю, на помойке он был счастлив.
 Книжникова
Мне тоже очень понравился новый рассказ Валерия. Читать его произведения всегда очень интересно. Отличный язык, прекрасное чувство юмора, темы захватывают. Вот и это знакомство с Хилей оказалось трогательным, местами смешным, местами тревожно-грустным. Что касается конца этой истории, он не отлакирован, чтобы пощадить чувства читателя, а оставлен таким, как и был в жизни. И не остается никаких сомнений в том, что такое решение принималось с огромным трудом и долгими переживаниями!
 Буль
Не являюсь любительницей кошек, не понимаю жизни почти в подчинении у своего питомца (любимого хвостатого воспитанника, ребёнка и т.д.) Предпочитаю уважительно-товарищеские отношения с собаками, Но отлично знаю, что множество людей находят прелесть в отношениях с котярами. Валерий прекрасно описал эти свои отношения с незаурядной полосато-хвостатой личностью... Очень интересные, хотя и очень непростые. Уверена, Хиля, никак не мог пропасть, и его жизнь и дальше была увлекательной, независимой и полной! :-))
 Будник
Ирина Будник 8.06.2011 в 19:45 (ссылка)
Уважаемая Наталия Степановна! Да так и можно сравнивать, как это сделал Виктор. Котяток-слепышаток топят в ближайшем прудике - и неожиданно родившихся деточек в тех же прудиках находят. А также на помойках, в мусоросборниках и прочих малоприятных местах. Разве не так? Ваше возмущенное восклицание как-то, пардон муа, нелогично выглядит после вашего же высказывания комментом выше: "..не понимаю жизни почти в подчинении у своего питомца (любимого хвостатого воспитанника, ребёнка и т.д.)" Ребёнка вы, голубушка, в один ряд с хвостатыми воспитанниками ставите. Тогда - какие претензии к Виктору? Походу, Виктор - человек реально добрый, поскольку последовательно проводит во всех высказываниях одну и ту же мысль: прежде чем взять в дом уличного воспитанника, прикинь последствия совместного проживания, желательно без "сю-сю" варианта, по самой крайней линии терпения. Автору явно не хватило этого вот раздумья, пошел на поводу сострадательно-спасительской идеи - и сам же поплатился.
А рассказ действительно хороший - и композиционно, и стилистически. И морально - именно скомканным финалом. Конспективно так. Наверно, чтобы не начать невзначай себя оправдывать.
 Буль
Уважаемая Ирина! Голубушка Наталия Степановна приносит Вам свои извинения за то, что не взяла слово "ребёнок" в кавычки Почему-то казалось, что это будет понятно из контекста, тем более, что там через запятую следует: "и т.д."
 Печенегов
Превосходно! Презабавная история! Талантливо изложенная. О животных писать всегда не просто. Удалось Валерию на пять с плюсом! Морализирование по поводу "надо - не надо", по моему, здесь не очень уместно. Перед автором стояла иная задача, и он с нею блестяще справился! Спасибо, Валерий! Замечательная миниатюра!
 Максюта
Уважаемая Ирина Будник! Мне действительно "не хватило этого вот раздумья". Надо было хорошенько подумать и оставить котёнка там подыхать. Тогда моя совесть осталась бы чистой. Правда, у некоторых участников этой неожиданной дискуссии исчезла бы ЭТА возможность получить удовольствие, продемонстрировав высокую гуманность и осудив меня за жестокий и необдуманный поступок, но они легко нашли бы много ДРУГИХ возможностей для поучений и осуждений. Их полно вокруг. Не один же я такой изверг!
 Антонова
Валерий, у меня не хватило слов, чтобы выразить эту же мысль. Однажды муж, идя с поминок друга, увидел в подъезде совсем маленького котенка. конечно, принес домой. Котик был еще и умненький, сразу понял, зачем ему лоточек поставлен. Прожил у нас чуть больше недели. И у одного из членов нашей семьи началась аллергия ( она и раньше была, но на кошек - реакция моментальная). Пришлось искать варианты и пристраивать котенка в хорошие руки. И что? Знали, что придется избавляться - не надо было брать?
 Будник
Ирина Будник 10.06.2011 в 21:02 (ссылка)
Валерий, я-то как раз не осуждаю, а искренне сочувствую. И никому не желаю попасть в такую патовую ситуацию: либо пройти мимо (типа, "не заметил") - и потом маяться совестью и считать себя гипотетическим мерзавцем, либо вот перед таким выбором стоять. Опять же, не думаю, что я лично была бы в невероятном восторге, возьмись зверёныш набиваться в соавторы моей диссертации. А что касаемо спонтанной жалости - да я сама такая))) Итого: 4 морские свинки, две черепахи и хомяк. Голубь Лишенец крыло зарастил - и теперь бандитствует в ближайшей округе))
 Максюта
Родственная душа: понимаем друг друга!
 Максюта
И еще один момент: с моей стороны была не только жалость, но и огромное уважение. А потом... ну, не ужились. Такое и с людьми бывает, даже такими благородными, как участники этой дискуссии.
 Будник
Ирина Будник 10.06.2011 в 23:13 (ссылка)
А у меня с голубем... тока жалость, уважения никакого. Не люблю ни голубей, ни чаек. Очень уж по-людски себя ведут. (Мне вороны нравятся - большого достоинства птицы). Сын приволок этого пернатого - крыло поломано, переломы открытые, раны неприятные (не свежие) - и, самое главное, никаких гарантий, что вытянуть получится. Вытягивать-то мне)) хотя жалельщиков полон дом (даже старшая черепах припёрлась присутствовать). Человеку я бы знала что делать, а птиц еще оперировать не доводилось. Обошлось как-то)) Птиц получил кличку Лишенец, крыло залечилось поздней осенью - не в зиму ж его на волю-то отпускать... Так и квартировал до тепла. Я держалась исключительно на жалости к болящему))) Уважать этого жадного сруля было абсолютно не за что, не то, что Вашего Ахиллеса.
 Антонова
И еще. Да, и раньше и теперь слепых котят топят. Но если вашей соседкой оказывается дама с 25 кошками - почему-то это не нравится никому. И в деревнях раньше никакая хозяйка не стала бы терпеть кошку, не имеющую привычки делать свои дела на улице, а не дома по углам. И, говорят, если чистоплотностью не отличается мать, вряд ли у котят будут хорошие привычки. Поэтому - вот такой рассказ о жизни как она есть. Автор ведь при этом не хвастается своим поступком. Сколько мог - терпел этого знойного кота, потом - не смог. Но, знаете, если бы коту не нашлась новая приемная семья - скорее всего он разыскал бы Валерия и вернулся.
 Федорченко
Браво, Максюта! Отличный рассказ! Сетон-Томпсон реально отдыхает. Материал - чемпион по читательским откликам. Спасибо за доставленное удовольствие, Мак!
 Буль
Валерий, хочу добавить, что я в восторге ещё и от Ваших фотографий. Надеюсь, что та, на которой котик кувыркается, где блистает зелёными глазищами, и где лопоухий лежит на (Вашей?) ладони сделаны именно с Вашего Хили?. Его незаурядность видна на всех фотках! :-)) И, действительно, может надо попробовать чудесный рассказ где-то опубликовать?
 Федорченко
Должен Вас огорчить, Натстеп. Фотографии Валерием выбраны из открытого доступа в Интернете. В статистическом блоке под статьями, публикуемыми на сайте, всегда есть пояснение, откуда взяты иллюстративные материалы.
 Буль
Ну, в таком случае, выбраны фото очень удачно! И Хиля всё равно красавЕц и умник! :-))
 Максюта
Да, Наталия Степановна, Вы абсолютно правы. Ахиллес был сильной и незаурядной личностью. И красавцем был (бы), если бы... ну Вы понимаете... я об этом писал.
 Любушин
Жалко Хилю до слез...
 Максюта
Сергей, что-то я Вам не верю. Очень уж редкая это точка зрения - точка зрения сентиментального патологоанатома, которому безразлично, как клиент жил, но очень, до слёз интересно, как он умер.
 Максюта
Весело там у вас. Только давайте не будем здесь обсуждать посторонние вопросы, а то админ осерчает (а он есть у этого сайта, да ещё какой!) Пишите прямо мне, если что.
 Максюта
Интересующимся кошачьей (правда, не географической) темой советую заглянуть на блог к Черепашке Ниндзя. Там есть поразительный рассказ про кота.
 Будник
Ирина Будник 12.06.2011 в 03:14 (ссылка)
Валерий, флудю от радости великой! Мне удалось вернуть себе родовое имя! И теперь я не какая-то безродная япона-черепана)) Шариковы мы!
Извините за флуд. Больше не буду.
Комментирование доступно только зарегистрированным пользователям энциклопедии
Авторизуйтесь на главной странице если у Вас уже есть аккаунт
Зарегистрируйтесь, если у Вас ещё нет аккаунта на портале Всемирной Энциклопедии Путешествий
тел +7 (925) 518-81-95
Сайт является средством массовой информации.
Номер свидетельства: Эл № ФС77-55152.
Дата регистрации: 26.08.2013.
7+
Написать письмо