Часть 1. Дороги, которые мы выбираем
Читать весь цикл статей: Александрийский поход
Аннотация серии статей

Летом 1798 Мальта без боя сдалась генералу Бонапарту в прологе Египетского похода французов (1798-1801). Франции были нужны мальтийские порты, как опорная база для флота и сухопутных войск на средиземноморских коммуникациях между Францией и африканским побережьем. В результате Египетской компании было собрано и вывезено во Францию огромное количество исторических артефактов. В 1798 году во Франции был создан Институт Египта (Institut d'Égypte), который положил начало росту интереса к истории Древнего Египта, с последующим масштабным разграблением Всемирного наследия исчезнувшей цивилизации. 16 декабря, того же, 1798 года, великим магистром Мальтийского ордена был избран Павел I, в связи с чем к его титулу были добавлены слова «…и Великий магистр ордена св. Иоанна Иерусалимского». Павел I разделял рыцарские идеалы чести и славы ордена, но, если сопоставить даты, получится, что визировали обращение рыцарей ордена к Павлу - Наполеон Бонапарт и правительство Директории. В августе все того же, 1798 года, английский адмирал Нельсон в битве при Абукире разбил французский флот, блокировав с моря экспедиционный корпус Франции. Это затруднило транспортировку военных трофеев из Египта во Францию. Стратегический успех англичан лег в основу большинства великолепных приключенческих романов на тему «Александрийских кладов Бонапарта». Каюсь, я - один из страстных почитателей этого литературного жанра, поэтому и решился внести скромный вклад в эту авантюрную антологию.

Судя по энергичному голосу и характерной краткости речи, я не без основания подумал, что имею дело либо с офицером, либо с бывшим офицером. Поэтому решил заранее подстраховаться и подробно проинструктировал напарника, с каких ракурсов ему следовало запечатлеть беседу с бравым секретарем. Я переоделся в ядовито-зеленые бриджи, ярко раскрашенную гавайку с кокосами и попугаями, обул желтые сандалии и, нацепив на нос круглые солнцезащитные очки, взлохматил волосы. Немного подумав, водрузил на голову пробковый шлем а-ля колониальные времена.

Египетский поход Наполеона 1798Мастера П. профессионально интересовала тема «Спящих кладов». В кругах закрытого сообщества поисковиков его аналитические прогнозы и авантюрная жилка высоко котировались. Поэтому он не сильно удивился, получив письмо с предложением об изучении темы Египетского клада Наполеона, с возможным археологическим продолжением. Письмо содержало и личную рекомендацию влиятельной персоны первого уровня, - в финансовой и юридической состоятельности подрядчика можно было не сомневаться. Первичные переговоры были недолгими.

Мастер П. со своим компаньоном вылетели из Москвы в Египет, Александрию — Спящую Красавицу, которую необходимо было попытаться разбудить...

Спящая красавицаМаленький коллективный кораблик бесшумно отошел от научного пирса и на просторе информационной волны поднял свои радужные паруса. А где-то за горизонтом, в это самое время уже зажглась в ночи новая авантюрная звездочка. Практический опыт успешного завершения рискованных и сомнительных предприятий с расчетом на «случайный успех» вселяют в отдельных индивидов веру и уверенность в собственных силах, реализуемость своих аналитических предположений и интуитивных версий. Мастера П. не сильно трогали грядущие события или финансовые риски.

«Все хорошо, — подумал он, — есть великое множество возможностей, чтобы уладить все старые и новые проблемы. Сейчас просто надо артистично сыграть в азартную лотерею нового приключения, сделав хорошую ставку на ипподроме судьбы». Соорудив в голове столь витееватое предположение, мастер П. поморщился и выбросил только что с наслаждением закуренную «Гавану» за борт. Вскоре после прилета ожил мобильник. Мужчина, представившийся секретарем Бен-Адама, предложил в полдень встретиться в холле гостиницы. Я записал его номер.

Орел или решкаСудя по энергичному голосу и характерной краткости речи, я не без основания подумал, что имею дело либо с офицером, либо с бывшим офицером. Поэтому решил заранее подстраховаться и подробно проинструктировал напарника, с каких ракурсов ему следовало запечатлеть беседу с бравым секретарем. Я переоделся в ядовито-зеленые бриджи, ярко раскрашенную гавайку с кокосами и попугаями, обул желтые сандалии и, нацепив на нос круглые солнцезащитные очки, взлохматил волосы. Немного подумав, водрузил на голову пробковый шлем а-ля колониальные времена.

По моим тогдашним представлениям, в таком несуразнейшем виде можно и нужно было изображать человека от чистой науки, заезжего чудака-Паганеля. В предстоящей авантюре я заранее выбрал себе роль наивного идеалиста, у которого не слишком дружественные взаимоотношения между объектом и субъектом, бытием и сознанием, реальной действительностью и представлениями о ней. Такую роль я посчитал перспективной и даже выигрышной, - она мне духовно импонировала и сулила полную свободу в импровизации. Мы еще раз оговорили с компаньоном его последующие действия на случай моего длительного отсутствия и возможных форс-мажоров. Я предполагал, что встречей с секретарем дело сегодня не ограничится, и плавно перетечет в конкретный разговор с Заказчиком. Так и получилось. Едва я спустился в холл, как ко мне подошел кареглазый брюнет с пробором, лет 35-и. От удивления у него слегка приподнялись брови, - мой внешний вид произвел прогнозируемый эффект.

– Добрый день… Вы - мистер Паг? - спросил он по-английски с легким восточным акцентом. Представился: Мохаммед. Я секретарь господина Бен-Адама. Он предлагает, не откладыва\я, встретиться с ним у него на вилле и обсудить наше предприятие в деталях.

Мое первое впечатление от Мохаммеда было не совсем однозначным. Выглядел весьма молодцевато, но в редеющие черные волосы уже внедрилась седина. Он показался мне излишне самоуверенным, - с тщательно «отутюженными» манерами, - чтобы быть простым секретарем или статистом. Если бы я распределял роли в данном спектакле, то его роль была бы ролью «Первого любовника», - местного Дон Жуана, неотразимого (и коварного). Мне также показалось, что этот Дон обделен на раздаче ролей сверхтонкими струнами глубинной фантазии. Он забыл выразить восхищение встречей с дорогим гостем, так как совсем не ожидал увидеть в заморском клиенте своего шефа столь экзальтированной персоны. Во всяком случае, поначалу он поглядывал на меня со скрытым недоумением. Я сделал техническую паузу в разговоре и заказал два кофе, скосив глаза на балюстраду. Там мой верный «камероносец» уже давно прогуливался между пальмами и шезлонгами. И только после того, как мы неторопливо выпили по чашечке «арабики» и выкурили по сигаре, я вымолвил: «Отлично, согласен встретиться с мистером Бен-Адамом!» Незамысловатое предложение требовало по восточному этикету неспешного обдумывания. Вышли из отеля на Александрийскую набережную. У причала нас дожидался белый катерок средних размеров.

Александрийская набережнаяБелый катерок

Мохаммед приглашающе протянул руку. Мы поднялись на борт, прошли на корму, затянутую тентом и уселись в раскладные кресла с ковровыми накидками. Стюард, африканец, прикатил столик с фруктами и напитками. Отчалили. В море было чуть ветрено, немного штормило. Катер ходко шёл вдоль береговой линии и порой ветерок швырял в лицо соленые брызги. Новый день уже вполне утвердился в своих законных правах. Средиземноморское светило изрядно жарило двуногих на своем гриле, но в каюту с кондиционером идти не хотелось. Минут через сорок по курсу показалась вереница каменистых островков. Я глянул в протянутый слугой бинокль, – эти островки были обитаемы, а значит, на них тоже парилась или жарилась чья-то сугубо частная жизнь.

Средиземноморские островаВид уютных белоснежных вилл, сливающихся с пенным прибоем и кучевыми облаками на горизонте, показался мне очень романтичным, достойным кисти художника-экспрессиониста. Жаль, у меня не было походного этюдника, поэтому пришлось всю эту панораму зафиксировать камерой мобильного телефона и затем скинуть почтой напарнику. Подошли ближе. Из-за белостенных бунгало, о фундаменты которых бились лазурные волны, торчали стволы кокосовых и финиковых пальм, цвели розы и какие-то иные растения сказочного подвида.

В такой ясный и солнечный день этот морской оазис смотрелся настолько приветливо и притягательно, что всякая настороженность у меня пропала. От благих размышлений меня оторвала реплика Мохаммеда, бесстрастно пускавщего в кресле дым из кальяна.

– Вот, наконец-то, мы на месте. Признаться, я рад, что эта болтанка закончилась, - я никогда и нигде не чувствую себя таким несчастными и одиноким, как в море. Заметил, что Вы также разделяете мои убеждения. Согласитесь, что жизнь на крошечных клочках суши более стабильна, размеренна и приятна, чем в каютах-люкс туристических лайнеров?

Дороги, которые мы выбираемЛюбопытное замечание, но как-то не верилось, что наш «арабский красавец», оказался исключительно сухопутной особью. Более вероятно, что данной тирадой он выказывал свое отношение к моим манипуляциям при съемках этих райских островов. Нужно было взять этот факт на заметку, - не так Мохаммед и прост, как мне показалось изначально. Пока катер швартуется, стоит незаметно перевести телефон в режим работы диктофона. Первый шаг на островном причале ознаменовался предчувствием скорого обретения свободы для творчества.

Это чувство заключается в том, что происходит как бы реальное возвращение «витязя» на распутье трех главных дорог: прошлого, настоящего и будущего. Направо пойдешь – костей не соберешь, налево пойдешь – хвоста не унесешь; а чтобы Волки были сыты, а Овцы – целы, пойду-ка я, на этот раз, по настилу пирса прямо, стараясь избегать повторения ошибок прошлого, устраняя недостатки в настоящем и, не заглядывая в будущее. Каждый из существующих методов решения интеллектуальных задач, включая геокешинг, имеет как сильные, так и слабые стороны, но, в любом случае (и это признают профессиональные аналитики), от применения способов, соответствующих критерию «новизны», происходит эволюционное развитие процесса познания как такового. По Аристотелю, любая сущность способна принимать противоположности в силу собственной перемены. Вот и я примерил костюм Паганеля. В данном случае, новизна заключалась в балансировании на канате между ложью и истиной, знанием и неведением, с использованием страховки в виде примитивизма личных мироощущений.

Я всегда аккуратно и педантично работаю на этапах предварительных согласований, где требуется соблюдение чисто формальных, нудных и стандартных требований. Как правило, для составления актов по ожидаемому экономическому или иному эффекту, договоров о намерениях, финансовых аспектах, я не пользуюсь услугами адвокатов или помощников. На этих этапах происходит акклиматизация моего персонажа к новым подмосткам и реалиям. Это не слабость или авторская прихоть, а необходимость и достаточность для тренинга гражданина Паганеля, который отличается от прототипа «на все сто».

Baron Antoine Jean Gros Battle Pyramids 1810Мохамед провел меня через приемную к огромному гобелену во всю стену. На нём, как мне показалось, была изображена хорошая копия картины Антуана Баттле. Темнокожий служка в тюрбане что-то нажал, и гобелен раздвинулся, открывая резную деревянную дверь. Я вошел в полумрак большого кабинета с низкими диванами, стеллажами, коврами, вазами, картинами и маленькими фонтанчиками. На одном из диванов на подушечках примостился натуральный восточный владыка с длинной седой бородой. Это и был хозяин виллы. По его приглашающему знаку рукой я приблизился.

Он посмотрел на меня и по-детски засмеялся, затем, смахнув с глаз выступившие слезинки, заявил: «Присаживайся, Ник, только сними ковбойский шлем, а то деловой беседы не получится». Я тоже узнал Тимура, тембр его голоса можно было безошибочно узнавать в любом обличье и под любым именем. Я с искренним почтением поклонился старому мэтру и сел на предложенное место. По смеху и благодушному виду я понял, что наши иерусалимские расхождения во взглядах и «рабочие трения», были преданы забвению. (Прим. автора: о прежних перипетиях и сложных взаимоотношениях героев можно прочитать здесь)

- Ты удивлен,- спросил он меня.
- Нет, сэр, однако я не мог даже предположить,…- и не смог закончить фразу, потому что этот зловредный старый джин, опять засмеялся.

Ему, также как и мне, нравилось ошарашивать всех и вся своими новыми явлениями народу. Мир, в котором я бултыхался и шарахался со своими прогнозами и планами, окончательно и безоговорочно рушился, так как был он, этот мир, или, скорее, мои представления о нем – иллюзорны и ирреальны. Понял я, что сейчас мне отпишется с лучезарного дивана совсем иная дорога, а будет ли она прямой и без ухабов покажет самое ближайшее время.

Продолжение следует

Статья просмотрена: 3006
Рейтинг статьи: 2
Bookmark and Share
Страны: Египет
Владимир Владимиров
Источник изображений: Из архива автора и открытых источников, ничьи права не нарушены
Специально для Всемирной Энциклопедии Путешествий
↓ Комментарии ( 3 )
 Николаенко
Такое "вкусное" начало, слюнки потекли...а продолжения ждать теперь целый месяц (( ...
 Владимиров
Увы, но автор не влияет на очередность и сроки публикаций на сайте...
 Николаенко
Теперь мне захотелось прочитать все с самого начала!......как будто остросюжетный фильм посмотрела!... ))
Комментирование доступно только зарегистрированным пользователям энциклопедии
Авторизуйтесь на главной странице если у Вас уже есть аккаунт
Зарегистрируйтесь, если у Вас ещё нет аккаунта на портале Всемирной Энциклопедии Путешествий
тел +7 (925) 518-81-95
Сайт является средством массовой информации.
Номер свидетельства: Эл № ФС77-55152.
Дата регистрации: 26.08.2013.
7+
Написать письмо