Хатангская экспедиция геолога И.П. Толмачёва (1905−1906 гг.)
Читать весь цикл статей: Полярные экспедиции «врагов народа»
Аннотация серии статей

В книгах исследователей Арктики и Антарктики В.Ю. Визе и М.И. Белова по цензурным соображениям 1940-50-х годов отсутствуют данные о двух десятках важных экспедиций, возглавлявшихся известными полярниками, причисленными потом к «врагам народа». Среди них следует упомянуть Б.А. Вилькицкого, Н.И. Евгенова, М.М. Ермолаева, Н.И. Коломейцева, А.В. Колчака, Г.Д. Красинского, Б.В. Лаврова, Ф.А. Матисена, Н.Н. Урванцева, П.К. Хмызникова и некоторых других. О них мы расскажем на страницах Энциклопедии в кратком курсе истории Российской Арктики. Он включает около ста выдающихся экспедиций и рассчитан на 10 лет публикации.

Известный геолог и географ, исследователь Северо-Востока Сибири Иннокентий Павлович Толмачёв родился в 1872 г. в Иркутске. Окончил физико-математический факультет Сибирского университета, после чего два года стажировался в Лейпциге, Мюнхене и Тарту. В 1898 г. был приглашён на должность учёного-хранителя Геологического музея Академии наук.

Толмачёв Иннокентий ПавловичПо заданию Академии наук весной 1905 года Толмачёв возглавил Хатангскую экспедицию, в состав которой вошёл также топограф М.Я. Кожевников. С четырьмя спутниками они поднялись по льду от Туруханска в верховья р. Курейки, а в марте перешли в долину р. Котуй. Кожевников отправился на озеро Ессей. Вместе учёные проследили свыше 800 км течения р. Мойеро, главного притока Котуя. Затем сплавились на плоту до Хатанги, установив наличие Анабарского плато. В сентябре, с приходом холодов, учёные продолжили маршрут на оленях по восточному берегу Хатангского залива. Нехватка кормов заставила их спешно двигаться к устью Анабара, затем подняться вверх по его долине, проследив всё течение реки на протяжении 940 км. По возвращении на озеро Ессей отряд разделился. Толмачёв по долине реки Мойеро перешёл на Вилюй, а оттуда – в Олёкминск на Лене и в январе 1906 года вернулся в Петербург.

Кожевников же двинулся на северо-запад и в январе прибыл в Дудинку, пройдя со съёмкой более 6 тыс. км. По материалам экспедиции Толмачёв и Кожевников составили топографическую карту на территорию 1 млн. кв. км. О дальнейших работах и судьбе И.П. Толмачёва мы расскажем после описания его Чукотской экспедиции 1909−1910 гг.

Чукотская топографическая экспедиция И.П. Толмачёва (1909−1910 гг.)

Возобновив в 1898 году работы в Арктике, Главное гидрографическое управление запланировало на 1910−1915 гг. Гидрографическую экспедицию Северного Ледовитого океана на ледокольных транспортах «Вайгач» и «Таймыр». Помимо морского плавания ГГУ решило провести в 1909 году береговую съёмку устья реки Колымы, поручив её лейтенанту Г.Я. Седову. В свою очередь Министерство торговли и промышленности, заинтересованное в скорейшем открытии регулярных плаваний в устья Колымы и Лены, организовало в том же году две сухопутные экспедиции для маршрутной съёмки арктического побережья от реки Лены до мыса Дежнёва во главе с геологами К.А. Воллосовичем и И.П. Толмачёвым.

Ледокол «Вайгач»Ледокол «Таймыр» на зимовке

До Якутска и далее до Среднеколымска (через Верхоянск) отряды Седова и Толмачёва добирались вместе. От Петербурга до Иркутска они ехали по железной дороге, стартовав в середине марта 1909 года. Зимняя почтовая дорога от Качуга до Якутска была проложена по льду реки Лены. Торопясь уйти от весенней распутицы, Седов не давал спутникам отдыхать на почтовых станциях. Ехали на тройках день и ночь, останавливаясь только для смены лошадей и ямщиков. Спали и питались на ходу, в возках, делая за сутки по 160−180 км. В Якутске путники узнали, что настоящей дороги до Верхоянска и далее до Среднеколымска нет даже в зимнее время. Имелась пунктирная тропа, на которой следы редких саней и нарт заметались первой же пургой. Однако через каждые 50−100 вёрст имелись так называемые поварни – низкие и щелястые деревянные юрты, в которых постоянно никто не жил. На местное население была наложена тяжёлая повинность: по очереди жить в этих поварнях и держать наготове для редких путников упряжку оленей или лошадей. Перед перевалами нарты разгружали и пустыми втаскивали наверх, а грузы перетаскивали на спинах. К Верхоянску подошли только 3 мая, впереди предстоял трудный этап до Среднеколымска – 1,4 тыс. км по бездорожью и в распутицу.

СреднеколымскС сайта zorinanata.ru (2)

Одолевая наледи – тарыны, подъёмы и крутые спуски, караван медленно продвигался на восток, в сторону Колымы. Оленей опять сменили на низкорослых, но неприхотливых якутских лошадей. 27 мая обессиленные путешественники вьехали в похожий на захудалую деревушку Среднеколымск. Дальше отряд Седова собирался плыть по Колыме на закупленных лодках, чтобы заняться гидрографическими работами в устье.

Отряд Толмачёва покинул Среднеколымск 7 июня. Весна была уже в разгаре, зазеленели лиственницы, появились комары. Толмачёв решил использовать «почтовые» карбасы со сменными гребцами, дежурившими на промежуточных станциях. Сам он передвигался по берегу пешком, знакомясь с геологическим строением правого берега Колымы. Прекрасная погода продержалась пять дней, а потом сильный встречный ветер задержал карбас и заставил остановиться на днёвку.

В Нижнеколымск отряд Толмачёва приплыл в ночь на 15 июня. Здесь предстояло дождаться отставших членов экспедиции и собрать арендованных заранее оленей и каюров, о местонахождении которых не было никаких сведений. Зная по предыдущему опыту состояние здешних оленей, геолог решил арендовать дополнительно некоторое количество лошадей. Однако местным жителям хватало своих забот и обеспечение приезжих экспедиций ложилось на них тяжким бременем. Кроме того, не было сёдел, потников, подпруг и прочего снаряжения.

Лошадей удалось достать всего 15 голов, из 200 арендованных оленей нашли только 30. Толмачёв решил махнуть на всё рукой и двинулся на восток, в Сухарное. Он надеялся, что двигающийся следом М.Я. Кожевников «подчистит» все хвосты. С собой взял небольшой челнок, выдолбленный из цельного ствола тополя, который впоследствии очень пригодился отряду. Но обещанных лошадей не было, каюры отказались сопровождать путешественников.

С сайта zorinanata.ruНижнеколымский пейзаж. С сайта yakutsk.bezformata.ru

Возникли проблемы и с продовольствием. Толмачёв рассчитывал, что проводники и каюры питаться будут сами, а, кроме того, обеспечивать экспедицию олениной (за плату). На деле же оказалось, что они приходили в отряд практически голыми и босыми, рассчитывая на ресурсы «хозяев». Трудно было их обвинять. Как правило, это были обездоленные и безоленные люди, которые надеялись как-то продержать себя за счёт богатых приезжих. Европейцы же везли с собой запасы только на себя из-за трудности доставки. Деньги же, предлагаемые местному населению, цены не имели. Требовались боеприпасы, чай, табак, текстиль.

Тем временем астроном экспедиции Э.Ф. Вебер, находившийся на маяке Дм. Лаптева, использовал ясную погоду и успел провести ряд наблюдений. По дороге на реку Медвежью зашли в бухту Амбарчик, где в поварне расположились Г.Я. Седов со своими людьми. Он уже успел выставить здесь ряд знаков на побережье и близлежащих островах.

С сайта humus.livejournal.comНа первой стоянке в устье реки Медвежьей Толмачёва посетил Седов, пришедший сверить хронометры. С его уходом топографы почувствовали, что последняя связь с Колымой прервана. Определился окончательный состав экспедиции: три научных сотрудника, два каюра, казак, переводчик и семь эвенков. Поселились они в двух палатках. Одна, где ночевали Э.Ф Вебер и М.Я. Кожевников, считалась кают-компанией. Эвенки жили в чуме, а для русских рабочих устраивали полог. Толмачёв в сопровождении каюра выезжал верхом на лошадях вдоль линии побережья, ведя съёмку.

Кожевников ехал следом на нартах с инструментами и проводил астрономические наблюдения. Караван же под руководством Вебера шёл в глубине тундры, срезая речки и промоины. Организацией движения приходилось заниматься постоянно, тратя на это массу энергии и времени. Задерживала частая поломка хрупких чукотских нарт на низких копыльях. Олений караван являлся сильным тормозом, но двигаться дальше без него путники не могли, так как вьючных лошадей было слишком мало.

Из воспоминаний И.П. Толмачёва (1911):

  В силу этого я решил разделиться, поручив Э.Ф. Веберу со своим оленьим караваном и половиной лошадей пройти на Чаун прямым путём. Сам же с М.Я. Кожевниковым, в сопровождении Шнулёва и Румянцева, с тремя вьючными лошадьми, решил двинуться налегке берегом моря окружным путём. Для астрономических наблюдений я взял запасной теодолит, карманный хронометр и двое сравнительных часов, для которых пришлось устроить импровизированный хронометрический ящик с подушками из древесных стружек.  

График движения был таков: поднимались рано утром, пили чай и шли до 11-ти. Дав лошадям отдых часа на три и пообедав, снова шли до вечера. Затем останавливались на ночлег, выбирая места с хорошим кормом. Во время движения разделялись: Шнулёв вёл лошадь с ямщиками для хронометров. Румянцев – двух остальных вьючных лошадей. Толмачёв с Кожевниковым ехали верхом. Там, где на берегу имелись выходы коренных пород, геолог шёл пешком, отслеживая рыхлые плейстоценовые отложения.

Постепенно отряд приближался к Чаунской губе, где довольно часто встречались чукотские стойбища. Многие из охотников и оленеводов уже побывали на резервном складе экспедиции в устье р. Чаун, заложенном колымским исправником ещё весной. Тянуло их туда любопытство, но никакого ущерба они не нанесли. 17 августа путники достигли этого склада, где целое лето жил казак-охранник Куприянов. Здесь Толмачёв устроил передышку в ожидании группы Э.Ф. Вебера.

За это время начальник экспедиции решил вопрос о приобретении байдар у чукчей, а также закупки тёплой зимней одежды. Наконец, 24 августа он увидел в бинокль на другом берегу реки всадника на олене. К вечеру подъехал Вебер со спутниками. Последовали долгие переговоры с эвенками, которые утверждали, что их наняли только до р. Чаун, и на другую сторону реки они не поедут. Толмачёв считал, что главную роль тут играл якутский казак Домашонкин, которому не терпелось вернуться домой.

С сайта wild-magazine.ruЛайка

25 августа пришли две заказанные чукотские байдары. К сожалению, владельцев удалось уговорить доставить грузы только до мыса Шелагского. Через неделю они двинулись в путь под наблюдением Вебера и Баженова. До этого времени мешали сильные ветры, против которых было невозможно выйти из устья Чауна.

Пока байдары перебрасывали основные грузы экспедиции к Певеку, Толмачёв с Кожевниковым и одним казаком налегке двинулись вдоль берега, ведя глазомерную съёмку. В Певеке отряд догнал выздоровевший Шнулёв. Здесь начальник экспедиции нанял у чукчей пять нарт до мыса Рыркарпий. Отощавших ездовых собак пришлось накормить, забив нескольких хилых оленей и лошадей. Всё-равно вывести их обратно зимой не представлялось возможным.

Пока не наступили холода, Толмачёв успел исследовать мыс Шелагский и пройти с Кожевниковым до Койвеяма, где ждал Вебер с грузами, доставленными на байдарах. Намерение продвинуться дальше не осуществилось. Олени были слишком измучены, чтобы рисковать ими, так как предстояло возвращаться на Колыму. Толмачёв решил остановиться на мысе Шелагском до прибытия собак, а олений караван отправил обратно. Лошадей пришлось пристрелить на корм собакам.

С сайта pda.top.rbc.ruС сайта galileo-travel.ru

Дальше ехали на восьми нартах: Толмачёв с переводчиком, Кожевников с Румянцевым, Вебер с чукчей-каюром, а остальные пять нарт шли под грузом. Они были сравнительно лёгкими: на одной нарте лежали разобранный чум и палатка, на остальных – приборы и запас лошадиного мяса. Но изнурённые собаки везли плохо и путникам часто приходилось двигаться рядом с упряжками. Тем не менее, дневные переходы (со съёмкой) достигали 40 и более вёрст. Чтобы сэкономить корм, Толмачёв направил часть грузовых нарт прямиком на Эттоник, а на остальных ехал вдоль побережья, огибая все бухты и мысы. Неожиданностью стало малое количество плавника на берегу, что заставляло в течение дня собирать его по ходу движения и загружать на нарты.

Маршрутная съёмка затруднялась коротким днём. Расстояние между чукотскими стоянками составляло обычно 30−50 вёрст, для съёмки это были слишком большие интервалы. Поэтому приняли такую схему: в каждой яранге останавливались на 2−3 дня, возвращались назад, а затем уходили дальше, на восток. Поскольку методикой работ владели уже все, Толмачёв решил отослать Кожевникова с Рыркарпия обратно на мыс Шелагский на двух нартах с наиболее слабыми собаками. Дальнейшую съёмку побережья он вёл с Вебером:

  В начале зимы много огорчений нам было с астрономическими наблюдениями. Нередко в великолепные тихие звёздные ночи, когда была полная надежда иметь серию наблюдений, после работы целой ночи ничего не получалось. В воздухе было так много влаги, что не только металлические части инструмента и его стёкла, но даже и дерево на штативе покрывалось сплошной изморозью, приводившей нас прямо в отчаяние. Во второй половине октября это окончилось, и астрономические наблюдения шли беспрепятственно. Другой жгучий вопрос – о собаках – также был более или менее устранён. Нам, во-первых, удалось прикупить дорогой две-три собаки, хоть и неважных. А главное – постепенно переменить всех на более свежих. На обратном пути мы должны были возвратить взятых собак и получить своих уже отдохнувшими.  

Толмачёв, 1911

24 ноября отряд добрался до мыса Сердце-Камень, где пробыл три дня, чтобы отнаблюдать лунное затмение. Подумав, начальник экспедиции решил отказаться от съёмки обширной Колючинской губы, что заняло бы около двух недель. Корма же для собак катастрофически не хватало.

Море вдоль побережья замёрзло ещё далеко не сплошь, поэтому путь по льду удавался довольно редко. Обычно приходилось ехать горами, выезжая к морю лишь вблизи ночлегов. Так как расстояние между стойбищами чукчей были здесь весьма значительными, а погода стояла неблагоприятная, Толмачёв решил прекратить съёмку у мыса Сердце-Камень, где удалось определить астрономический пункт. Побережье восточнее мыса было заснято в 1884 году во время плавания клипера «Разбойник», поэтому необходимо было лишь определить несколько астропунктов.

Не задерживаемый съёмкой, отряд 2 декабря прибыл на пост Дежнёва, где его радушно встретила небольшая русская колония в лице врача Е.Е. Беттака, представителя владивостокского торгового дома Чуркиных Т.К. Марченко и трёх стражников. Пост имел довольно приличный вид и путешественники прожили здесь две недели, задержанные частью пургой, частью болезнью Вебера, а главным образом – необходимостью нанять новых собак, так как шелагские каюры умчались обратно уже на второй день после приезда, не поддаваясь ни на какие уговоры.

С сайта zorinanata.ruС сайта www.narodsevera.ru

Обратный путь проходил быстрее, так как наблюдениями учёные не занимались, единственной работой были дополнительные астрономические наблюдениями, когда позволяла погода. Побережье было знакомо, чукчи везде встречали дружественно. 6 января 1910 года путники снова были на мысе Рыркарпий, где, однако, не нашли ожидаемых собак, которых должен был прислать навстречу М.Я. Кожевников.

Три дня отряд просидел в ожидании этих собак. Каюры с мыса Дежнёва категорически отказались ехать дальше, так как к западу от Рыркарпия ввиду плохой осенней охоты совсем не было собачьего корма. Толмачёв решил оставить Вебера с приборами, а сам с Бережновым и попутчиком-чукчей на трёх нартах двинулся к мысу Шелагскому, чтобы прояснить обстановку с собаками.

Однако на Шелагском не оказалось ни Кожевникова, ни собак. Из записки Кожевникова выяснилось,что он прожил здесь месяц на полуголодном пайке, дожидаясь собак с Колымы. Но те приехали без заказанного корма, рыбы и хлеба, хотя знали о голоде на Чукотском побережье. Каюры категорически отказались ехать на восток, навстречу Толмачёву, продали шелагским чукчам 25 собак (колымские лайки считались лучшими) и заторопились обратно. Кожевникову пришлось поехать с ними, чтобы попытаться арендовать новые упряжки.

Обнаружив на мысе Шелагском настоящий голод, Толмачёв решил не задерживаться здесь, а продолжить движение к Колыме. Закупив немного тюленьего жира и мороженой крови, выкопав из снега ранее брошенные лошадиные головы, набрали корма примерно на неделю. Здесь обстановка была не такой напряжённой, удалось арендовать две упряжки и послать их на мыс Шелагский для помощи Веберу.

Миновав Нижнеколымск, 5 февраля Толмачёв прибыл в Среднеколымск, где соединился с М.Я. Кожевниковым. Переезд в Якутск был организован нормально, и через две недели отряд оказался в конечной точке. 16 апреля Толмачёв с Кожевниковым прибыл в Петербург, проведя в экспедиции 13 месяцев. Вебер через мыс Дежнёва и Владивосток вернулся только в августе.

Толмачёв Иннокентий ПавловичРезультаты экспедиции выразились в маршрутной съёмке пятивёрстного масштаба от устья Колымы до мыса Сердце-Камень. Она опиралась на 14 астрономических пунктах, расположенных равномерно по всему маршруту, и велась путём непосредственного обхода или объезда береговой линии. Несмотря на снежный покров, берег в начале зимы виден достаточно отчётливо. Общая длин съёмки составила около 2,5 тыс. вёрст, она была выполнена примерно поровну Толмачёвым и Кожевниковым. Астрономические пункты определял, главным образом, Вебер. Им же было осуществлено определение астропунктов во время возвращения с мыса Дежнёва во Владивосток на пароходе. В задачи отряда Толмачёва это не входило, но заметно способствовало работам Гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана, которая в 1912 году занялась попутной съёмкой камчатского и беринговского побережий.

… С 1918 года И.П. Толмачёв работал в Геологическом комитете (прообраз Министерства геологии), но в 1926 году эмигрировал в США, сразу перейдя в категорию «предателей Отечества».

Литература

  • Бурлаков Ю.К. На запад, к Земле Императора Николая II. / Рукопись. – М.: АСПОЛ, 2010.
  • Бурлаков Ю.К. Отечественные геологи-исследователи Заполярья. / Рукопись. – М.: АСПОЛ, 2010.
  • Толмачёв Иннокентий Павлович (1872−1950). / Северная энциклопедия. – М.: Европейские издания, 2004, с. 955.
  • Толмачёв Иннокентий Павлович (1872−1950). / Бурлаков Ю.К. Сто портретов на фоне Арктики. / Рукопись. – М.: АСПОЛ, 2014.
  • Толмачёв И.П. По Чукотскому побережью Ледовитого океана. – СПб., 1911.
Дополнительная информация к циклу статей

Автором данного цикла является наш удивительный автор - Юрий Бурлаков. Юрий Константинович - выдающийся исследователь русского Севера, родился 24 апреля 1942 года в г. Ставрополе, где в 1959 году закончил школу с золотой медалью. Уже будучи членом краеведческого кружка в Доме пионеров, принял участие в трёх экспедициях по Северному Кавказу (Уруп - 1956 г., Архыз - 1957 г., Теберда - 1958 г.), участвовал в раскопках остатков четвертичной фауны в Косякинском карьере, организованных Зоологическим музеем АН СССР. Как ни странно, Юрий Бурлаков не пользуется компьютером, не имеет электронной почты, не регистрируется ни на сайтах, ни в соцсетях. Поэтому его великолепные очерки и циклы статей будут выходить на страницах Энциклопедии от имени нашего Отдела информации.

Ю.К. Бурлаков  Ю.К. Бурлаков

В 1959 году Юрий Бурлаков поступил на геологический факультет Ленинградского университета, который окончил в конце 1964 года по специальности геолог-съемщик-поисковик. Во время учебных и производственной практик принимал участие в экспедициях по Памиру (1961 г.), Тянь-Шаню (1962 и 1963 гг.), Чукотке (1964 г.). По распределению попал в Верхне-Индигирскую экспедицию Якутского геологического управления (п. Усть–Нера Оймяконского района ЯАССР. Работал геологом, начальником партии на съёмке геологической карты масштаба 1:200.000 в верховьях р. Индигирки (бассейны рр. Куйдусун, Нера и Мома).

В 1990-1993 гг. работал во вновь образованной Ассоциации полярников, в 1994-2002 гг. - в аппарате Государственной Думы РФ, помощником заместителя председателя Думы А.Н. Чилингарова. За это время принял участие в пяти морских экспедициях по арктическим архипелагам, Северному морскому пути и на Северный полюс: 1991 г. - теплоход «К. Еланская» на Шпицберген и ЗФИ, 1991 и 1992 гг.- атомоход «Советский Союз» по Севморпути и на Северный полюс, 1993 г. - атомоход «Ямал» на Северный полюс, 1996 г. - норвежское НИС «Лансе» на ЗФИ.

С 1991 г. по 2002 г. ежегодно участвовал в весенних воздушных спортивных и туристических экспедициях на Северный полюс. Осенью 1999 г. принял участие в экспериментальном рейсе тяжелого вертолета Ми-26 на Северный полюс без дозаправки. Зимой 1995/1996 и 2001/2002 гг. побывал в Антарктиде со спортивной командой «Метелица» и при организации полета на Южный полюс легкого самолета Ан-3.

В 1997-2007 гг. ежегодно участвовал в летних поисках и раскопках остатков мамонтовой фауны по линии Международного мамонтового комитета (1997-2000 гг. – на Таймыре, 2001-2005 гг. – на севере Якутии, 2006-2007 гг. – на Ямале).

Всего за 1956-2007 гг. записал на свой счет около 30 экспедиций. С 2001 года увлекся изучением истории исследования и освоения Российской Арктики. За последние годы опубликовал две книги и около полусотни статей в сборниках, журналах и газетах по исторической, географической и палеонтологической тематике. На общественных началах является редактором полярной литературы московского издательства «Паулсен». Участвует в работе Ассоциации полярников (в 2002-2012 гг. был её вице-президентом), Полярной комиссии Московского отделения Русского географического общества, Международного мамонтового комитета (в качестве консультанта по палеогеографии). К увлечениям можно отнести коллекционирование минералов и полярной филателии. Любит собак, темное пиво и строганину из сиговых рыб.

Статья просмотрена: 4137
Рейтинг статьи: 2
Bookmark and Share
Страны: Россия
Отдел Информации
Отдел Информации, 28.06.2015 в 01:10
Источник изображений: Из открытых источников, ничьи права не нарушены
Специально для Всемирной Энциклопедии Путешествий
↓ Комментарии ( 2 )
 Печенегов
Спасибо, Юрий Константинович, за интересную публикацию о выдающемся исследователе Арктики. Вы не упомянули, что И.П.Толмачев занимался ещё и мамонтоведением в экспедиции, снаряженной Императорской Академией Наук для раскопок мамонта, найденного на р. Березовке, участвовал в раскопках остатков Elephas trogontherii Pohlig в Нижегородской губернии.
 Федорченко
Материал Юрия Константиновича за два дня набрал 12 лайков в нашей группе на Одноклассниках!
Комментирование доступно только зарегистрированным пользователям энциклопедии
Авторизуйтесь на главной странице если у Вас уже есть аккаунт
Зарегистрируйтесь, если у Вас ещё нет аккаунта на портале Всемирной Энциклопедии Путешествий
тел +7 (925) 518-81-95
Сайт является средством массовой информации.
Номер свидетельства: Эл № ФС77-55152.
Дата регистрации: 26.08.2013.
7+
Написать письмо