56. С королями за ручку
Читать весь цикл статей: Вначале была Африка
Аннотация серии статей

Автор этой книги - один из молодых переводчиков «первой волны» - начала 1960-х годов. Этих людей не манила валюта и длинные рубли. Они понятия не имели о «сертификатах», «бонах», «чеках Внешпосылторга»… Им устраивали сцены встревоженные родители, прекрасно помнившие сталинские времена, терзали партийные «выездные комиссии». Но страна потихоньку избавлялась от клаустрофобии, и они просто хотели увидеть мир. Из скромных квартир, общаг и убогих коммуналок разлетелись по свету мальчишки и девчонки, которым едва перевалило за 20. Они попали туда, где на зубах скрипел песок, где воздух обжигал, как горячий пар, где неведомые болезни трясли и ломали даже здоровенных мужиков, где сильны были предубеждения, лицемерие и глупость… Они просто хотели увидеть мир. Мир оказался таким, и они приняли его без нытья и условий. Их хладнокровие гасило истерики, их улыбки примиряли противников, их уловки и хитрости помогали находить выход из безнадёжных тупиков. Странная профессия – переводчик. У каждого переводчика есть Родина, интересы которой он помогает отстаивать, где его помнят и ждут. Но нет у него чужого неба. Его небо – это небо планеты Земля, и работает он для того, чтобы так было для всех. Итак, Валерий Максюта отправляется домой. В Африку.

Свидание короля со своим народом. Как я оказался в свите короля. О некоторых государственных символах империи ашанти. Вокруг меня — воины и аристократы. Императорская чета с близкого расстояния. Высшая святыня ашанти. Посланники племён приветствуют своего короля. Дружеское рукопожатие.

Толпа на стадионеЯ прошел на стадион. Здесь тоже было много народу. Люди сидели и стояли на трибунах, но большинство хаотично двигалось и суетилось на поле. У одной трибуны я заметил большой низкий помост – фута два высотой. Я находился примерно в центре стадиона, когда ощутил какую-то перемену в поведении толпы. Оглянулся: со стороны трибуны, противоположной помосту, прямо через центр поля направлялся к нему большой и плотный отряд полиции. Он был построен по типу тевтонской «свиньи»: передние полицейские теснили народ прямо по курсу или расталкивали его в стороны.

Далее следовал расширяющийся клин, который еще дальше в стороны оттеснял людей. Внутри клина образовалась чистая полоса шириной метров двадцать, которая начиналась от противоположной трибуны и быстро вытягивалась в сторону помоста. По краям полосы формировалась цепь решительно настроенных полицейских. Я оказался как раз на пути острия клина, и пока я соображал, в какую сторону мне отскочить, передо мной выросли два полицейских с суровыми физиономиями. Оба коротко кивнули мне, обошли с двух сторон, и я оказался внутри оцепления. Не знаю, за кого они меня приняли, но ясно, что не за того, кем я являлся на самом деле. Я почувствовал удачу. Чтобы не бросаться в глаза, как собачье дерьмо на свежем снегу, я пристроился близко за спинами пропустивших меня полицейских и с ними дошел до помоста.

Полицейские включили помост в расчищенную зону и остановились лицом к толпе. Я, стараясь быть невидимым, застыл где-то между спинами полицейских и помостом. Я с досадой ожидал, что меня вот-вот засечет какой-нибудь усердный лейтенантик, поинтересуется, что я тут делаю, и хорошо еще, если не решит продолжить беседу со мной в полицейском участке. К счастью, дальше события разворачивались быстро, и никому до меня не было дела. Из прохода, откуда выходят футболисты, показалась процессия зонтоносцев. Зонты были очень разными – красивыми, занятными, странными. Их было штук 10-12. Зонтоносцы как-то буднично, не торжественно прошли в оцепление и расположились на помосте, полностью закрыв его от солнечных лучей. Это были здоровые, голые по пояс ребята. Похоже, зонты были нелегкими. Сразу за зонтоносцами показалась группа человек из двадцати, в богатых кенте.

Ашантийская знатьАристократки

Когда они проходили через разомкнувшееся оцепление, я втерся в них и проследовал на помост. Кое-кто из них кивнул мне. Большинство - игнорировало. Но, похоже, в этой группе никому не было дела друг до друга. Мы рассредоточились среди зонтоносцев. Я предусмотрительно застолбил место у переднего края помоста. Затем появилось четверо мужиков, несущих свернутые в трубки шкуры – похоже, слонов. Они бесцеремонно отодвинули нас и развернули шкуры вдоль переднего края помоста. Потом исчезли. Забегая вперед, скажу, что после церемонии «дурбара» (или, точнее, «дёрбара») я засел в библиотеке и постарался отыскать все, что мог, о свите асантехене и государственной символике.

Зонты ашанти. Слева внизу на верёвках тащат человека с проткнутыми ножом щекамиПоэтому удобней рассказать об этом прямо сейчас, хотя в тот момент, на стадионе, я ничего такого не знал. Прежде всего, о зонтах. Каждый такой зонт метра 2-2,5 в диаметре как раз и называется «durbar» на англо-индийском. Все они являются государственными символами и обычно отмечают какие-то важные государственные события: победу в битве, рождение наследника, принятие важного закона и т.п. Я хорошо рассмотрел большинство из них. Зонты были тяжелыми, разных цветов или состояли из разноцветных секторов. По краю шла бахрома. На некоторых по полоске ткани между краем зонта и бахромой шла какая-то надпись на ашанти.

Каждый зонт имел собственное название, звучавшее, по крайней мере в переводе, сложно и пышно. Я стоял под зонтом, с края которого свисало… пенсне. Да, пенсне - ужасно старомодное, явно чеховских времен, на коричневом шнурке из тонкой кожи и, как я сумел разглядеть, от дальнозоркости. Этот зонт назывался «Король бросил взгляд вокруг и не увидел ни одного непобежденного народа».

ВоиныВдруг откуда-то сбоку, чуть не раскидав оцепление, появилось несколько негров. Трое из них были такого роста, что посрамили бы нашего буинского Людоеда. Каждый шагал гигантскими шагами и нес на закорках по тяжелому креслу из черного дерева. Один нес что-то завернутое в пеструю дорогую ткань - вроде кенте ручной работы. Кресла установили на расстеленных по помосту слоновьих шкурах, и я понял, что это настоящие троны. Посередине установили кресло с богатыми золотыми украшениями, справа от него, то есть в метре от меня – с серебряными. Третье, наиболее скромное, установили слева от центрального кресла, метрах в трех от меня. Каждый из креслоносцев, установив кресло, стал позади него, обняв руками спинку. Развернули ткань, и я увидел легендарный Золотой Стул – высшую святыню ашанти. Его усадили, точнее, уложили сидением вперед, на третий трон. Перед Стулом положили четыре оригинальных колокольчика, отлитых из золота.

Каждый представлял собой полую статуэтку высотой чуть больше двадцати сантиметров. Статуэтки изображали побежденных врагов. Их позы означали: «Я стыжусь получать пищу от победителя», «Мне стыдно смотреть на победителя» и ещё что-то. Золотой Стул был обретен ашанти во время того самого натиска на север в XVII веке, когда они основали Кумаси. Однажды король, сидя на слоновьей шкуре, наблюдал с холма за битвой, которая для ашанти складывалась неудачно.

Золотой Стул на собственном тронеВдруг раздался свист рассекаемого воздуха, и с неба свалилось нечто сверкающее. Оно шмякнулось о землю, отскочило от нее и установило себя на слоновьей шкуре. Это был Стул (точнее, табуреточка, вроде той, что мы используем для переобувания, - чуть больше, традиционного западно-африканского дизайна: вогнутое сидение и широкий столбец вместо четырех ножек). Король сел на него и продолжал руководить битвой. Битва была выиграна. С тех пор Золотой Стул стал частью символической правящей троицы: король – олицетворение солнца, королева – олицетворение луны и Стул – прямой Божий дар, знак силы и Божьего расположения. По этикету, Стулу полагался собственный трон.

В память о том, как Стул шмякнулся о землю и перепрыгнул на шкуру, появилось правило, что Стул не должен касаться голой земли («Не любит!») Сам король-асантехене сидит на Стуле только во время битвы или особо важных военных советов, получая от него путем прямого контакта ценные идеи. Я хорошо рассмотрел Стул. Он был сделан из довольно толстых листов золота, обернутых вокруг, видимо, деревянной основы. По золоту тянулись чеканные узоры, но очень простые и примитивные. Вид у него был действительно древний. Прибежала еще одна беспорядочная толпа негров и расставила обыкновенные стулья двумя длинными рядами, которые тянулись от помоста вдоль расчищенной полосы. Наконец неспешно подошла еще одна плотная толпа. По краям ее двигались немолодые верзилы жутко экзотического вида, обвешанные с головы до ног разнообразным музейным оружием - огнестрельным и холодным.

Осеи Туту Премпе IIСуровые, худые лица, жилистые тела, проницательные, безжалостные глаза… Толпа эта начала просачиваться сквозь нас – тех, кто уже стоял под зонтами. Метрах в полутора от меня протиснулся маленький плюгавый старикашка, поддерживаемый кем-то под руки. На нем было столько литых золотых украшений, что я ему посочувствовал. Это был Осеи Туту Премпе II, асантехене, император ашанти. Он с облегчением уселся на средний, самый богатый, весь в золоте, трон.

Император был одет в кенте чудовищной стоимости, состоявшее из мелких геометрических узоров, причем процентов сорок объема ткани явно приходились на золотую нить. На его тощей груди висел тяжеленный равносторонний золотой треугольник, вершиной вниз. В центре треугольника сверкала какая-то композиция из драгоценных камней. Каждая сторона «подвески» была длиной сантиметров 25. Прямо поверх него висели гирлянды золотых цепей разного калибра. При виде любой из них российский бандит 90-х годов удавился бы от зависти, не сходя с места. На щиколотках императора были массивные золотые браслеты с прикрепленными к ним гроздьями золотых шариков, звонивших при каждом движении. На каждом пальце рук – по перстню, где вместо камня – золотая луковичка, похожая на купола русских храмов. На лысой голове асантехене была темно-фиолетовая бархатная повязка, усеянная литыми золотыми бляшками разной формы. Это были какие-то религиозные и государственные символы. Один из них я узнал: «Оньяме» (Бог). Из лысины торчало несколько седых волосков.

Современная королеваНа ближний ко мне трон с серебряными украшениями уселась толстенькая пожилая негритянка в богатых украшениях из серебра. С ней были три толстоватые девицы, видимо, дочери, лет 20-25. Они вполне могли бы быть и посимпатичнее. Оказалось, что им некуда сесть. Толстушка привстала и что-то резко бросила назад. Вокруг забегали, и появились три стула, на которые девицы и уселись. Толстушка улыбнулась мне извиняющейся улыбкой, мол, что поделаешь, вокруг такие олухи, оглядела девиц и величественно снова опустилась на трон. Королева ашанти, символ луны на земле. (В настоящее время из-за неуклонного роста благосостояния королей и императоров королевы ашанти были вынуждены также перейти на золотые украшения). Тем временем воины образовали две цепи позади стульев, тянувшихся от помоста. На некоторых из них были панцири и фартуки из толстой кожи, накидки из леопардовых шкур. Спереди на панцирях размещались узкие карманчики, как газыри на кавказских черкесках, но для метательных ножей.

Почти все были в кожаных шлемах – боевых и декоративных, с золотыми рогами и литыми золотыми бляшками. В руках – тяжелые длинноствольные винтовки конца XIX века, а у некоторых – какие-то мушкеты немыслимого калибра допетровских времен с раструбами.

Наконец все заняли свои места. Вперед вышел глашатай и что-то прокричал. Стадион затих, и дёрбар начался. Сначала меня ошеломило то, что я увидел, потом привык и, думаю, понял смысл. В проходе между стульями шириной метров пять появился высокий мужик в кенте, вооруженный необычным катласом. Его рукоять состояла из двух больших золотых шаров сантиметров по 12 в диаметре, соединенных золотой же ручкой. Клинок формой напоминал турецкий ятаган, расширяющийся к концу, с резким изломом на одной стороне и узким, как кинжал, кончиком. Клинок был насквозь прорезан несколькими геометрическими фигурами: прямоугольниками, кругами, треугольниками, ромбами… Лицом мужик изображал зверскую ненависть.

Не доходя шагов трех до короля, он остановился и направил катлас прямо ему в лицо. Другая рука, сжатая в кулак, легла сверху на лезвие. И начал орать… Да так, что у меня мурашки пошли по спине. Он весь напрягся, даже притоптывал ногой, вращал глазами и обвинял, обвинял, обвинял… Что же происходит, думал я, бунт? Предательство? Но тогда почему его не схватят стражники? Ждут, когда он набросится на короля с катласом? А расстояние – 2 метра! Мужик поорал, поорал и вдруг резко сбавил тон. Он развернул катлас рукоятью к королю, острием к себе, взял его левой рукой за лезвие, а правую протянул с поклоном королю, сделав пару шагов вперед и сказав несколько слов совершенно другим тоном. Король, наблюдавший за всем этим действом с полнейшим равнодушием, вяло пожал руку катласовладельцу. Мужик сел на один из стульев, держа оружие острием к собственному животу, рукоятью наружу, и успокоился. В проходе появился следующий джентльмен, проделавшие примерно то же самое. Только одет он был немного иначе, да сквозные геометрические узоры на лезвии его катласа располагались в другом порядке. Потом следующий, и так далее.

Остриём к животу, рукоятью наружуЯ постепенно успокоился. Смотрел на заполняющийся ряд стульев и строил догадки. Наверное, это были представители некогда враждебных племен, покоренных ашанти (узоры на клинках – племенные знаки). Представитель подходил к королю и, как полагается, высказывал все, что думал об этих сволочах-ашанти, и обещал сделать из их короля мясную подливку для фуфу, но потом вспоминал, что ашанти их уже давно разгромили, и что все эти обещания, мягко говоря, не актуальны. Он поворачивал катлас рукоятью к королю, смиренно предлагая убить себя, или хотя бы что-нибудь отрезать. Но король с безразличным великодушием просто жал ему руку: мало ли у меня таких психов!

В общем, передо мной разворачивалась племенная структура империи Ашанти. Постепенно к королю стали подходить люди с какими-то другими символами: чаще всего что-то похожее на щетку с очень длинным ворсом. Они не орали, а молча с поклоном пожимали королю руку. Когда заполнились все стулья, приветствовать короля потянулись всякие офицеры, бизнесмены и т.д. Я знал, что по этикету простолюдины не могут обращаться к вождю напрямую, а только через переводчика. Скорее всего, орущие посланники были настоящими вождями племен, а молчащие – простолюдинами.

Я уже начал томиться. Сосчитал все волосики на лысине короля, рассмотрел всех соседей и зонты, обменялся улыбками с принцессами…Король тоже томился. Его тощему задику было трудно выдержать такое длительное сидение. Он ёрзал, пытаясь облегчить его участь. Мне стало немного жалко короля. Я решил для полноты опыта пожать ему руку и удалиться. Выбрался за оцепление, прошел к началу расчищенной полосы и стал там в очередь. Полицейский с сомнением оглядел мою вольнолюбивую внешность и спросил, известно ли мне, что королю нужно поклониться. Я ответил, что сделаю это с большой готовностью. И пошел между двух рядов – сначала воинов, потом посланников. Внимание у всех уже рассеялось, никто на меня и не глянул. Я подошел, низко поклонился и громко сказал:

- Король!

Все, кто были поблизости, мгновенно повернули в мою сторону застывшие от удивления физиономии. А я продолжал:

- Желаю тебе здоровья, счастья и долгого успешного царствования!

Морщинистое равнодушное лицо короля расплылось в счастливейшей детской улыбке. Радостно улыбнулась толстуха-королева, все вокруг закивали и тоже заулыбались. Я пожал королю руку и ушел. По дороге домой думал, что день выдался удачный, что когда приеду в Россию, смогу честно сказать, что был в Африке с королями за ручку. Ну… с некоторыми.

Продолжение следует

Статья просмотрена: 4904
Рейтинг статьи: 7
Bookmark and Share
Страны: Гана
Валерий Максюта
Валерий Максюта, 21.01.2012 в 10:08
Источник изображений: Из архива автора и открытых источников, ничьи права не нарушены
Специально для Всемирной Энциклопедии Путешествий
↓ Комментарии ( 8 )
 Федорченко
Жаль, не могу проголосовать 100 раз за великолепный приключенческий, но документальный роман Максюты! Уилбур Смит (Охотники за бриллиантами), Генри Райдер Хаггард (Копи царя Соломона), Луи Буссенар (Похитители бриллиантов), да что говорить, даже сам Грэм Грин (Суть дела) почтительно снимают шляпы и покрываются зеленым налетом от зависти. Браво, Максюта!
 Максюта
Ну, Александр Михайлович, Вы заставляете меня (по крайней мере рожу) покрыться красным налётом. Спасибо!
 Федорченко
Подписываюсь под каждым словом Александра, а от себя хочу добавить, что Мак не только достойный член-корреспондент ВЭП, но и настоящий почётный король Всемирной Энциклопедии Путешествий. Жаль, что нет такой должности. Издали делаю реверанс!
 Антонова
Валерий совершенно неповторимо описал то уникальное место на Земле, где ума набираются через место, соприкасающееся со стулом! И, оказывается, короли тоже нуждаются в добрых пожеланиях. Хотя бы изредка!
Вы, как всегда, блестящи, Валерий!!!
 Богомолова
Вот она, настоящая экзотика! Мало кому за всю жизнь удаётся увидеть подобное и даже чуть-чуть поучаствовать! Можно предположить, что Валерию удалось прокатиться на машине времени в прошлое!
Очень, очень интересно!
Спасибо, Валерий!
 Туманова
Потрясающе, великолепно и удивительно. Хочется тоже пожать Валерию руку и сказать:
- Король!
- Желаю тебе здоровья, счастья и долгого успешного царствования на страницах ВЭП!
 Печенегов
Великолепный рассказ! "Всё могут короли...." А чем мы хуже их?! "И судьбы всей Земли творим и мы порой"!
 Максюта
Да, Сергей, когда нас много, и когда мы думаем о том, что впереди, а не просто орём "Долой!".
Комментирование доступно только зарегистрированным пользователям энциклопедии
Авторизуйтесь на главной странице если у Вас уже есть аккаунт
Зарегистрируйтесь, если у Вас ещё нет аккаунта на портале Всемирной Энциклопедии Путешествий
тел +7 (925) 518-81-95
Сайт является средством массовой информации.
Номер свидетельства: Эл № ФС77-55152.
Дата регистрации: 26.08.2013.
7+
Написать письмо